В 2012 году инвесторы начали терять интерес к «зеленым» проектам. Причина в том, что без государственной поддержки инвестиции в нетрадиционные источники энергии и экологические разработки вряд ли могут окупиться.Одновременно с этим Гюнтер Паули, член Римского клуба и The World Academy of Art and Science, глава глобального сообщества ZERI (Zero Emissions Research and Initiatives), утверждает, что его идеи помогут миру достигнуть низкоуглеродной и конкурентоспособной экономики уже в ближайшем будущем. В своей книге «Синяя экономика», которая вышла тиражом в 17 млн. экземпляров, он обещает за 10 лет без вреда для окружающей среды создать десятки миллионов рабочих мест. Весь секрет в том, чтобы смотреть на бизнес и производство, как на природную экосистему, которая перерабатывает все отходы и при этом самодостаточна.
Идеи замкнутого природного цикла в бизнесе и бережливого отношения ко всем ресурсам сейчас приобретают все большую популярность, хотя раньше их называли «чудачествами». Причина этого мировоззренческого взрыва проста: человечество поняло, что если такими темпами будет опустошать ресурсы планеты, то через 100 лет окажется на грани вымирания. А через 30 лет 2 млрд. людей уже будут жить в регионах с дефицитом питьевой воды.
О том, как получать деньги из мусора, взглянуть на экономику как на природную систему, которая может работать, не разрушая Землю, и зарабатывать, публикуем выдержки с комментариев Гюнтера Паули (на фото справа):«Зеленая» экономика предполагает максимальную утилизацию отходов, но вы противопоставляете ее «синей экономике». В чем принципиальная разница?
«Зеленая» экономика предполагает, что все хорошее для вас и природы — дорого, а порой даже слишком дорого. Продукты «зеленой» экономики ориентированы на богатых людей и богатые страны. И наоборот — все, что дешево, вредит природе. Но пользуется массовым спросом.
«Синяя экономика» дает другие ориентиры. Основная идея в том, что мы в состоянии получать выгоду и развивать промышленность безвредными для природы методами — и так, чтобы это было дешево. Чтобы добиться этого, нужно использовать принцип каскадирования, когда отходы производства могут опять становиться сырьем.
Например, возьмем деньги, которые государство потратит на утилизацию мусора и охрану окружающей среды в ближайшие 5-10 лет. Для экономики это будут убыточные инвестиции, так как они не принесут прибыли. В «синей экономике» за эти деньги можно создать производство по переработке мусора в энергию или товары, а также получить новые рабочие места и прибыль. А товары, которые производят из мусора, также могут разложиться и опять стать природными элементами.
Если смотреть на полезные ископаемые и отходы именно с этой точки зрения, то сразу можно заметить, насколько богата Украина.
Вы развиваете концепцию «синей экономики» с 2004 года — насколько изменилось отношение к ней за эти годы?
Когда мы только начинали разрабатывать эту теорию, к моим идеям относились как к мечтам. Отношение изменилось, когда из сотни небольших идей выросли десятки мегапроектов. Сейчас у нас больше 200 реальных проектов почти во всех отраслях промышленности. Единственная сфера экономики, в которой я пока не вижу возможности применять «синюю экономику», — это атомная энергетика. Ее отходы слишком радиоактивны, их нужно навсегда консервировать.
Как воспринимает инновации «синей экономики» большой и малый бизнес сейчас?
Основная проблема в крупных корпорациях. Их управление базируется на представлениях Гарвардской школы бизнеса, где основной принцип — жесткий контроль затрат и управление цепочками поставок. Они не могут позволить себе быть гибкими в выборе бизнес-стратегий.
Такой подход — величайшая ошибка. Он заставил крупных производителей резко снижать расходы, не думая о перспективе.
Хотя есть примеры, когда «синяя экономика» показывает гигантам экономики их выгоду, и они начинают преобразования. Как случилось с ENI — крупнейшей нефтехимической группой Италии. Она решила перестроить свой нефтехимический завод в Порто-Торрес на Сардинии в производство биопластика и биорезины из органических веществ на основе чертополоха. Инвестиции в этот проект — 470 млн. евро — были достаточно высокими. Но закрыть завод стоило бы 1 млрд. евро. В этом случае экономия составила 530 млн. евро. ENI экономит еще и на том, что производство полиэтилена в Европе слишком дорогостоящее. А она изготавливает его органические аналоги и сохраняет деньги.
Другой пример — производство метана из органических отходов и воды. Такой проект реализован в Южной Корее два года назад. Он позволил изменить бюджет целого города, серьезно снизив затраты на отопление городских учреждений. Причем эта энергия возобновляема, ее производство никогда не прекратится.
Как вы и ваши сподвижники создаете инновации? С лабораториями сотрудничаете?
Большинство бизнес-консультантов сосредоточены на проблемах и пытаются установить их причины.
Мы же начинаем с установления перечня всех возможностей, которые дают нам конкретное производство или завод. Поэтому наш первый шаг — сканирование возможностей, и мы всегда видим их десятки, если не сотни. Затем начинаем их обсуждать с представителями бизнеса и науки, таким образом, находим варианты, которые удовлетворяют и тех, и других. Эти решения оказываются настолько очевидными, что уже нельзя их игнорировать. В среднем нам необходимо от трех до шести месяцев, чтобы перейти от идеи к конкретному проекту.
Какие практические советы вы можете дать украинскому бизнесу и государственным органам для достижения экологической и конкурентной экономики?
Для того чтобы использовать все ваши ресурсные возможности, нужно вначале создать междисциплинарные группы. Они смогут открыто обсуждать новые идеи и бизнес-модели для нового производства. Возьмем, к примеру, добывающую промышленность: можно использовать отходы ваших меловых карьеров, чтобы создавать бумагу без целлюлозы (так называемая каменная бумага). Первые три завода по производству такой бумаги были построены в Китае. Раньше горные инженеры были уверены, что никто не посмеет сделать бумагу из камней, но у них просто не было опыта.
Вот почему я считаю, что для создания «синей экономики» иногда лучше не иметь никакого опыта традиционного бизнеса. Только так можно увидеть преимущества: финансовые, конкурентные, социальные и экологические для таких инвестиций.
На ваш взгляд, какие парадигмы «синей экономики» будут ведущими в ближайшем будущем?
Основой «синей экономики» является использование доступных ресурсов для создания товаров без вреда окружающей среде. Нужно удовлетворять базовые потребности человечества с помощью «каскадной» переработки, когда один процесс дает сырье сразу в нескольких отраслях — и так до бесконечности. Некоторые небольшие государства уже демонстрируют успехи такого подхода. В будущем, я надеюсь, это станет глобальной доктриной стран и целых регионов.P.S. Напомним, что ярым популяризатором идей "разноцветных" экономик на Херсонщине выступал уже экс-вице-губернатор Валентин Подвысоцкий (на фото слева). Также этот деятель запомнился херсонцам своими изысканиями в области поиска на территории Херсонской области так называемых "территорий будущего". При этом, нынешнее состояние этих самых территорий г-на Подвысоцкого практически не интересовали...
Новый Час
