Украина для жителей этой южной области где-то очень далеко. И существует скорее как миф, чем как государство, определяющее рамки, способное защитить и развить эту территорию.
Как и Крымом, Херсонской областью государство Украина никогда не занималось.
Зато этой местностью активно интересуется РФ.
Тут из каждого телевизора слышны российские новости и сериалы. Сериалы про войну, величие, силу и мощь государства – все то, что так глубоко сидит в советском человеке (не по возрасту, а по ментальности) и может активироваться самым неожиданным способом.
Конечно, тут на заседаниях сельсоветов поют гимн Украины, используют атрибуты государственности. Но делают это сидя и нехотя.
Когда восемь месяцев назад мы только начинали блокаду Крыма, нас считали фактором дестабилизации. Но на самом деле, за эти месяцы мы стали фактором присутствия Украины на нашей южной границе.
Так получилось, что крымские татары – и в Крыму, и тут – оказались большим украинскими патриотами, чем сами украинцы. Если бы мы в Крыму пошли на сделку с совестью и признали власть оккупантов, то у Украины не было уже никакого шанса вернуть полуостров. Именно мы, коренной народ, не дали оккупантам шанса сделать аннексию легальной.
Сегодня мы чувствуем себя костью в горле не только Кремля, но и Киева.
"Крим – це Україна" – говорят нам с плакатов. Это, конечно, хорошо знать географию. Но с людьми надо перестать общаться месседжами. Надо начать решать конкретные проблемы.
В Херсонской области они очевидны – российская пропаганда, льющаяся потоком из каждой радиоточки, граница, которую необходимо укрепить, настроения в обществе, с которыми нужно работать.
Представьте, больше года у Херсонской области, которая граничит с Крымом, не было руководителя. И выбирали нового главу не по наличию конструктивной программы для области – а по принципу лояльности.
Сегодня в Херсонской области меня не покидает ощущение дежавю-2014, когда бессильно сдавался Крым...
Что, на наш взгляд, стоит делать в Херсонской области?
Здесь должна заработать военно-гражданская администрация.
Сюда нужен военный губернатор. Здесь, с одной стороны, должна быть выстроена система обороны, с другой – должен быть создан административный центр для украинцев, оставшихся в Крыму, чтобы они получали от нас поддержку, хотя бы в облегчении оформления документов.
Нам надо укреплять границу. И изучать опыт потери Крыма не на словах.
А еще – разрабатывать стратегию возвращения Крыма и готовить все силы: от армии до программ реинтеграции.
Нас, крымских татар, в последнее время стали упрекать даже крымчане, выехавшие с полуострова – мол, почему это вы приватизировали тему Крыма?
Мне казалось, что это очевидно, но я еще раз объясню: у нас нет другого дома.
Мы верим в то, что вернемся в Крым. Именно поэтому мы способны без особых ресурсов и поддержки становиться субъектом.
Сегодня украинской политикой должны заниматься те, кто верит в свою страну и собирается жить в Украине. Все остальные политические туристы должны уступить место.
...Подойдите к зеркалу и скажите: "Я отдаю Крым!"
Если в этот момент вы сможете смотреть себе в глаза, у меня нет с вами тем для разговора. Но если вы испытываете боль, произнося эти слова, – добро пожаловать в крымскотатарскую семью.
Сегодня крымский татарин значит больше чем происхождение. Сегодня – это позиция.
