Вопрос о сороках поступил в редакцию от одного из читателей. В письме речь шла о том, что ранее этих птиц было много, а сейчас сорока стала большой редкостью. Письмо, что называется, подкупало своим отношением к живому:по всему было видно, что его писал человек, любящий и птиц, и природу вообще
Так ли на самом деле?
Эпизод первый. Весна 1986 года, несколько километров к востоку от поселка Антоновка. Я, начинающий зоолог (пока что – студент естественного факультета Херсонского пединститута) вышел в природу. Вышел без какой-то особой цели: смотрел и отмечал всё, что попадается на глаза. А ландшафт был такой: поля и лесопосадки. Так вот, одним из самых сильных впечатлений была какая-то уж слишком высокая численность сорок. Чуть ли ни одно гнездо на 100 метров!
Эпизод второй – точнее, много эпизодов. 1986–1992 годы, сосновые леса левобережья Херсонской области. «Действующее лицо» – то же (то есть автор) и обстоятельства сходные: работа на природе по сбору информации. Так вот, этой работе частенько мешали… сороки. Потому как если такая особа обнаруживает человека в месте, которое птица считает своим (на том участке, где обитает, или вблизи него) – об этом узнает вся округа. Будет лететь и «скандалить» на весь лес. О том, чтобы бесшумно подойти к ней, можно забыть!
Но к концу 1990 – началу 2000 годов численность сорок заметно снизилась, и сейчас невысока. Хотя, например, в лесистых плавнях вблизи села Крынки, в парках и небольших лесных массивах по окраинам Херсона сороки не являются редкостью. Но в целом снижение численности не вызывает сомнений. Правда, точных данных о том, на сколько их стало меньше, нет. Но приближенный ответ таков: снижение численности произошло примерно раз в 10 или что-то около того.
Кто виноват
В качестве первого виновника так и хочется назвать нашу цивилизацию. А ещё ядохимикаты, ружья, вырубка лесов и прочее. Но подтверждений этому нет. Что касается ядохимикатов, то снижение численности началось тогда, когда количество пестицидов, фунгицидов и прочей отравы, применяемой на полях и баштанах, было несравненно меньшим, чем до 1992 года.
Что же касается прямого истребления и снижения площади лесов, то, во-первых, сороку не так-то легко и подстрелить – птица очень смышленая. И хотя в 80-х – начале 90-х сорока была одним из объектов так называемого регулирования численности (как и серая ворона – поскольку обе не прочь закусить птенцами фазана, куропатки), но сколько-нибудь существенно «отрегулировать» эту самую численность с помощью ружей не удавалось. Ну а особо обширные лесные пожары произошли уже после 1990-х годов, когда и произошли все эти сорочьи изменения.
ВЕРСИЯ: тетеревятник, это ты истребил наших сорок?
Это птица особая: кто его увидит, встречу запоминает надолго! Не орел (размером поменьше), но вид у него однозначно внушительный. И далеко не мирный. Как грозная тень, скользит он над лесом и между деревьями: не длинные, но широкие крылья обеспечивают ему маневренный полет. Это ястреб-тетеревятник – истребитель птиц и давняя «головная боль» охотоведов лесной зоны. У нас он зимовал и встречался на пролете в не особо больших количествах. А в начале 90-х годов его в Нижнем Приднепровье обнаружил сотрудник Черноморского заповедника Николай Пирогов. Сначала гнездо было найдено на территории заповедника, а уже после этого талантливый и упорный орнитолог обнаружил гнездящиеся пары в искусственных сосновых лесах. Те первые птицы были, как их называют, пионерами миграции (или пионерами заселения) – а после этого данный вид заселил Херсонскую область. И не только: сейчас эта птица – обычный обитатель юга Украины. Так вот, похоже, что у тетеревятника и сороки, что называется, особые отношения. По крайней мере, где-то до начала 2000-х годов орнитологи на самых разных территориях замечали, что тетеревятник и на взрослых сорок часто нападает, и её птенцами своих птенцов выкармливает. Причем в некоторых местах сороки были чуть ли не одним из основных объектов питания этого хищника!
Версия: суровые зимы
Да, есть и такое предположение. О том, что сильные морозы и недостаток кормов из года в год снижали численность этого вида. Здесь, кстати, надо отметить, что сорока, в общем-то, птица далеко не южная и не «изнеженная». Но! Во-первых, в тех местах, где она обитает севернее (в лесах) на зиму она зачастую откочевывает к югу – в лесостепь. У нас же сороки в основном оседлые: на зиму они никуда не улетают. Во-вторых, в степной зоне зима для птиц таит нередко больше опасностей, чем там, где морозы бывают и побольше. Причина в том, что обширных лесов с укрытиями (дуплами, завалами) нет, набор кормов ограничен. В общем, выкручивайся и зимуй как хочешь. Если сможешь.
Ну а если ни то, ни другое, А все вместе? И еще кое-что
Вообще колебания численности присущи всему живому. С периодом в 5–7 лет, например, увеличивается количество мышевидных грызунов – иногда просто до катастрофических уровней. А после – снижается в десятки раз. А вот у не столь уж дальних родственников мышей – сусликов – период изменений численности имеет длительность где-то 150 лет! И если в середине ХІХ века сусликов было не столь уж и много, то к началу ХХ века они стали форменным бедствием. А сейчас суслики – очень редкие животные.
Причин этих колебаний множество: изменения климата, ландшафтов, деятельность человека. Но есть и внутренние, глубинные причины: они заключаются в генетических особенностях того или иного вида. Эти причины, кстати, и до сих пор изучены недостаточно. Неслучайно такие изменения получили весьма «романтическое» название (на что, вообще-то, профессиональные исследователи раскошеливаются нечасто) – волны жизни. Есть, правда, и другое название – популяционные волны.
Скорее всего, в случае с сороками произошло нечто подобное. То есть – «виноваты» в какой-то мере все – и регулирование численности, и изменения климата, и появление ястреба-тетеревятника. В общем, сработал целый комплекс факторов, запустивший волны жизни.
Что дальше?
А дальше, по идее, возможны следующие 3 сценария развития событий: полное или почти полное исчезновение сороки как вида; численность останется на прежнем уровне; пройдет время, вид приспособится и к ястребу, и к повторяющимся суровым зимам – и вновь беспокойная и приметная птица будет стрекотать по полям и лесам.
Как оно будет? Кто его знает... Поживем – увидим.
Евгений РОМАН, заведующий отделом эколого-просветительской работы и рекреационного благоустройства национального природного парка «Алешковские пески», "Гривна" Субботний Выпуск № 26 (554) 22.06.2012