В Брилевке Цюрупинского района в ночь с 31 января на 1 февраля с хозяйских подворий было украдено порядка десяти собак – кавказцев, немецких овчарок, ротвейлеров. Причем не только чистопородных, но и “переводняков”. Но на этом неизвестные “охотники” не остановились и наведались в село повторно – в ночь с 5 на 6 февраля.Юля обнаружила пропажу домашнего сторожа утром 1 февраля. Вначале семья особо не беспокоилась. Решили, что пес перепрыгнул хлипкий заборчик и просто убежал погулять – с ним такое и раньше бывало, особенно когда начинался гон. Но прошел день, второй, третий – ротвейлер не возвращался. А в ночь на среду, 6 февраля, на соседней улице пропала немецкая овчарка! То, что Дик не сам покинул свой двор, было явно видно – следы грязной обуви на высоком, в рост человека заборе как с улицы, так и со двора. Остатки чужой булки-плетенки, какие-то комки грязи возле будки, расстегнутый ошейник и следы волочения собачьих лап...
Как рассказывает Алена (дочь хозяина овчарки), ее отец сразу же позвонил в милицию. Собака не могла убежать сама, а чужих – никогда не подпускала, верно служила пять лет. И пока следственно-оперативная группа собиралась и ехала из Цюрупинска в Брилевку, сам по горячим следам пытался найти украденного друга. Начал расспрашивать соседей – может, что видели или слыхали необычного. А новости по селу разносятся быстро. Тут-то и выяснилось, что собаки и раньше пропадали, причем с 31 января на 1 февраля исчезло десять больших псов. Щенков и маленьких собак – не тронули.
А с 5 на 6 февраля, судя по всему, пропал только Дик. Хотя, как рассказал односельчанин, и возле его забора ночью какой-то человек вертелся. Его доберман, как и другие псы на улице, аж заходился от лая. Поэтому он несколько раз выходил, проверял, все ли в порядке. И получается, спугнул незнакомца. Так что украденных собак могло бы быть еще больше.
Отец Алены вместе с родными и соседями попытались восстановить картину ночного преступления. Предположили, что неизвестный (или неизвестные) перебросил через забор булку-плетенку с каким-то веществом, которое собаку или усыпляет, или парализует. Подождал, пока Дик съест булку и перестанет лаять. Перелез через забор за гаражом – чтоб хозяева из окон дома не увидели. Побросал, для верности, в собаку комьями, убедился, что та не реагирует. Снял с нее ошейник, туго прикрепленный к цепи, и утащил пса тем же путем, через который проник во двор...
Следы вели к окраине села. Оказалось, что ночью местный сторож видел там чужой микроавтобус. Даже подошел и поинтересовался, чего тут стоит в такую глухую пору. В ответ услышал от водителя довольно резкое: “Хочу и стою”. Сторож отошел, но, на всякий случай, записал номера автобуса. До приезда милиции селяне даже успели узнать, кому принадлежит “бусик”, выяснили фамилию и адрес владельца. Как оказалось – жителя соседнего села Комсомольского. Все это рассказали приехавшим криминалисту, следователю, оперативникам. Те осмотрели двор, забор, пофотографировали. А по поводу микроавтобуса сказали, что раз никто не видел, как собаку туда грузили, то тот может быть совсем ни при чем. Даже номера его не записали. Но уезжая, пообещали сообщить, если появятся какие-то новости.
Не надеясь на рвение правоохранителей, хозяин Дика сам поехал в соседнее село. Нашел владельца автобуса и потребовал вернуть собаку. Тот уперся – никакую собаку видеть не видел, знать не знаю. А в Брилевке ночью был с кумом, с девчатами гуляли – они там красивые. А когда вместе пришли “на очную ставку” к куму, тот вначале удивился: “Что я сегодня ночью делал? Как что? Спал!” Но потом начал поддакивать своему земляку: “А, ну да, к девчатам ездили”. Все это было очень подозрительно, но доказательств-то нет никаких, только предположения. В общем, пришлось уехать ни с чем.
Но дома никто себе не мог найти места – ведь Дик не просто сторож или друг, он – настоящий член семьи. Душа болела у всех за него, и какие только мысли в голову не лезли. Пытались понять, кому и для чего понадобилась собака – большая, красивая и упитанная. Селяне предполагали разные варианты, от просто “на продажу” – ведь породистые собаки дорого стоят, до – “на шапки” и на жир...
Помаявшись какое-то время, семья решает снова наведаться в Комсомольское. Сели уже в другую машину, чтобы “не спугнуть” воров своими поисками, и поехали. А по дороге, видят, навстречу бредет Дик ! Увидел хозяев, обрадовался, хвостом замахал, даже попытался прыгать, а потом снова сник...
Алена говорит, собака от того стресса еще до сих пор не отошла. Даже на кошек не реагирует, а раньше они для него были – как красная тряпка для быка. Нет, на теле никаких ран или повреждений не видно. Но душевное состояние его как у человека, которого затуркали, запугали до смерти, и он перестал быть самим собой, забился в угол и трясется...
А жители Брилевки теперь на ночь запирают своих собак в доме. Не псы берегут хозяев, а наоборот. И очень всем страшно – сегодня собаку со двора увели, завтра – корову, а потом и за людей примутся?
Виктория Глебова, “Вгору”