С Гитлером в кумирахСуд Суворовского района Херсона арестовал на 60 суток 23-летнего студента национального технического университета Андрея Н., подозреваемого в убийстве капитана милиции, оперуполномоченного областного управления уголовного розыска Александра Кисилевского, и ранении еще двух оперативников. Второго студента ХНТУ, участвовавшего в драке с сотрудниками угрозыска, тот же суд и на тот же срок отправил под домашний арест. Им уже сообщили о подозрении в причастности к хулиганству, покушению на умышленное убийство трех человек, и умышленное убийство из хулиганских побуждений. По совокупности такого «букета» статей УК Украины достаточно для того, чтобы провести в исправительной колонии от десяти лет до всей оставшейся жизни.
Казалось бы, кровавая расправа с офицером милиции, чья маленькая дочурка осталась без отца, вряд ли может вызвать сочувствие к убийце. Врачи и медсестры в реанимации сами чуть не плачут: еще находясь в сознании, Александр умолял его спасти – но не потому, что боялся смерти. Он просто не хотел оставить без отца трехлетнюю дочурку Полинку, в которой души не чаял.
Однако не все разделяют чувства медиков и сослуживцев убитого. Едва новость о задержании двух студентов обнародовали масс-медиа, как в социальных сетях стали распространяться призывы выйти на митинг в их поддержку. А некоторые правозащитники успели заявить, что милиция «спровоцировала» активистов евромайдана, хотя нападение произошло отнюдь не на площади Свободы, а у кампусов Херсонского национального технического университета. Впрочем, более-менее вменяемые правозащитники поутихли, едва следственное управление УМВД Херсонщины обнародовало сведения о результатах обыска комнаты Андрея Н. в вузовском общежитии ХНТУ. Помимо безобидных фотографий и «агиток», здесь изъяли три ножа, подпадающих под классификацию холодного оружия, метровой длинны заостренную саблю, которую с муляжом ну никак не спутаешь, патроны для охотничьего ружья и «гвоздь программы» - коллекцию портретов Адольфа Гитлера, старательно вырезанных из книг и журналов. А такое собрание нелегальщины – весьма красноречивый «штрих к портрету» его обладателя.
Подвел «взрывной» характерПриятели и соседи по общаге знали Андрея Н., как парня с трудной судьбой, обделенного любовью. Рано оставшись сиротой, и не имея по жизни толковых наставников, да еще обладая резким, «взрывным» характером, он отличался склонностью к безапелляционным суждениям. Которые отстаивал кулаками и оскорблениями, за что нередко и сам оказывался бит. Незадолго до событий на евромайдане, в которых он принимал активное участие, Андрей устроил сцену встреченной им парочке, громко заявляя, что девушке-украинке не следует гулять с парнем-кавказцем (на самом деле формулировка была гораздо оскорбительней), ибо это чуть ли не «предательство нации». В ответ получил от ухажера удар ножом, и на следствии проходил, как потерпевший. Возможно, после этого парень и сам решил вооружиться, чтобы давать отпор «врагам». Только острие его ножа оказалось направлено в сторону таких же украинцев, как и он сам.
Сейчас в вузе, где до ареста учился Андрей, царит переполох. Ректорат Херсонского национального технического университета провел совещание с деканами, рекомендовав им организовать для студентов «уроки толерантности». В университетских общежитиях стали чаще появляться преподаватели, а вахтеры изображают поистине «чекистскую» бдительность. Но «незачем пить «боржоми», если почки отказали» - трагедию уже не предотвратить.
Судьба завязалась узлом
Преподаватели вуза признаются, что Андрей для учебного заведения и прежде слыл «головной болью». С их слов, хоть парень был неглуп, учился он из рук вон плохо: всегда находились дела поинтереснее, чем штудировать учебники и посещать лекции с семинарами. В общежитии он по пустяковым поводам затевал драки, общий язык с другими студентами находил сложно. Только вот о его отчислении никто даже не заикался: парня, словно щитом, прикрывал статус «социально уязвимого». В университет он, как сирота, поступил по определенной законом квоте для «льготников», при скверной успеваемости автоматически получал стипендию, о которой его более знающие однокурсники могли только мечтать. Из общежития его выселить тоже не могли, так как другого жилья у него не имелось, а государство обязано заботиться о крыше над головой для сирот.
Фактически, угодивший нынче под арест юноша лишь считался студентом. А жил «революцией», пикетами и молодежными сходками, хотя формально и не состоял ни в какой оппозиционной партии. Собственно, ни в каких партийных рамках он просто не умещался - эдакий радикально настроенный «повстанец» с идеологической «кашей» в голове, зато на полном иждивении у государства. Нынче таких у нас хватает.
К сожалению, те бесчисленные узлы, которые навязал в своей жизни Андрей, теперь уже не распутаешь. Судебный приговор их разрубит не хуже той самой, острой казацкой сабли, которую бережно хранил студент в своей комнате. Но с ним под удар попадет и хрупкая судьба молодого человека, только вступающего во взрослую жизнь.
Когда убитого Андреем капитана Александра Кисилевского привезли хоронить в его родное село Новорайское Бериславского района Херсонщины, журналисты спросили отца офицера, какого наказания он хочет человеку, пролившему кровь его сына. И Сергей Кисилевский ответил: «Я – одноногий инвалид, и мои надежды были на сына. Мы все его любили, он был правильным ребенком. Теперь Саши нет, но я не держу зла на его убийцу. Пусть он сам осознает, что сделал. А зла я ему не хочу – ведь оно порождает новое зло».
На фото Андрей Н. в форме работника милиции и средствах защиты СБУ. Снимки со страницы Андрея в соцсети.
Сергей ЯНОВСКИЙ, Новый День
