Чтоб несколько успокоить разгневанного читателя, заранее соглашусь, что, скорее всего, воришки мы – не самые большие, а точнее – и вовсе незначительные, так как главное ворье поглощено процессом, а не чтением моих скромных опусов.
Здесь вам не встретятся многозначные цифры, иллюстрирующие отнятое у нас в материальной сфере, так как то, чем я намерен поделиться сегодня, из совсем другой оперы. Речь пойдет про некоторые нюансы насильственного оскудения нашей духовности. Недавно автору этих строк довелось побывать на форуме одаренных детей «Гимназическая Галактика талантов» в 20-й гимназии. Был приглашен в роли «свадебного генерала» (заслуженного и прочая), бывшего ученика этой школы. Уже и не припомню, когда я там был последний раз, видимо, лет 20 назад.
Мероприятие явилось прямым откликом на прошлогодний указ Президента про развитие детского творчества. Что касается этой тематики, то все здесь увиденное свидетельствовало лишь о том, что если бы в других школах Украины детское творчество развивалось на таком же высоком уровне, то в появлении Указа, да еще и за подписью первого лица, не было бы, ровным счетом, никакой необходимости.
Уже при входе впечатлял жестко украинизированный антураж: милые девчушки в вышиванках, исполняющие на бандурах хрустально нежные мелодии прошлого, выставки народных поделок, всюду украинская речь. В целом, хорошее впечатление. Ухоженные помещения, нормальные учебные кабинеты и главное – умные, красивые, воспитанные дети. Творческие достижения учебного заведения тоже несомненны: десятки победителей городских, областных и республиканских олимпиад, спортсмены европейского уровня, интересная самодеятельность. В общем, все вокруг пело, танцевало, смеялось, а я сидел и думал свою горькую думу...
Знаете, есть такое понятие – намоленные места, куда приходит множество людей со своими надеждами и переживаниями, отчего там все дышит высшей духовностью и положительной энергетикой. Смею утверждать, что в народном образовании херсонщины 20-я школа – именно такое место.
Для тех, кто не в курсе. До официального двухсотлетия ее осталось всего полтора года. Открылась она в 1815, под именем Первой губернской гимназии, которое достойно несла больше столетия. Достойно – потому как именно первый век существования принес ей всероссийскую славу умелым и последовательным введением прогрессивных образовательных методик и блестящими выпускниками, видными интеллектуалами и политиками.
Зато весь прошлый век школу лихорадило. Нет – нет, она как бы существовала, но сколько с ней связано разных загадок! В 1919 году Первую гимназию закрыли. Здесь все понятно: с привилегированными сословиями, обучавшими в ней своих детей, на одной шестой части суши было покончено. Многие покинули страну, оказавшись в вынужденной эмиграции. Другие – разлетелись по незаметным местечкам, желая скрыть свое происхождение и спастись от репрессий.
В двадцатые годы сюда пришли другие дети, и гимназия трансформировалась в более подходящее для них заведение – фабрично-заводскую школу № 42. Почему «фабрично-заводскую» - понятно, а вот откуда в городе, где в то время было менее полутора десятка школ, взялась цифра 42 – как-то не сильно. Возможно, за игрой с цифирью стояло стремление городского начальства повысить статус губернского городка. Впрочем, это исключительно авторские домыслы.
К 1935 году бывшая гимназия вновь меняет название – становится школой №14. Что за этим стоит, тоже загадка. Вполне вероятно, некто захотел, чтобы количество школ соответствовало их цифровым обозначениям. Но не прошло и десятка лет, как в 1944, после освобождения Херсона от фашистов, беднягу снова переименовали, на этот раз, присвоив цифру 20. Еще одно изменение случится с ней в 1991, но об этом чуть погодя.
И все же – смело бьюсь на спор! – мне известна истинная причина странных переименований. Для многих старожилов, кто бы и как ее ни называл, гимназия по-прежнему оставалась гимназией, и это хорошо понимали пришедшие к власти и желающие любыми путями уничтожить малейшее упоминание о бывшем «логове» ненавистных аристократов. В итоге - три поколения херсонцев в течение последних 70 лет знают ее как «двадцатку», так что дело, начало которому было положено в прошлом веке, практически, выполнено. Если бы не одно «но»…
Ведь только манкурты лишены исторической памяти. А мы люди. Чтящие кровную преемственность и долженствующие бережно хранить в своих душах добрую память о предшественниках, тепло рук которых по сей день излучают стены построенных ими прекрасных зданий. А раз так, никуда нам не деться от возвращения старых наименований. Сначала – улицам. И это правильно: пусть носят названия, которыми их в свое время наделили подлинные строители, а не пришедшие им на смену бузотеры – преобразователи народной жизни. А ежели кому-то придет в голову увековечить имена нынешних ценных деятелей (найдись таковые среди массы прокравшихся аферистов и лжеполитиков!) – давайте строить новые кварталы. Или, на худой случай, «отщипывать» помаленьку от уже имеющихся десятков «зеленых», «северных» и «восточных» улиц.
Впрочем, что говорить о нынешних, когда – подумать только! - в Херсоне до сих пор нет улиц, проспектов или каких-то других памятных мест, носящих добрые имена городского головы Николая Ивановича Блажкова, погибшего после пыток в ЧК, и губернатора Николая Александровича Гревеница, в бытность коих для горожан было сделано неизмеримо больше, чем их преемниками времен суверенности. Людей честных и ни в чем подлом не замеченных: ни в хищнической приватизации, ни в заурядных взятках. При которых создавались парки и скверы, а не строились в них замки наглых нуворишей. Не пора ли исправить этот недостаток?
Вернемся к 20-ой. В 1991 году ее в очередной раз переименовали, сделав Херсонской многопрофильной гимназией № 20, то есть вернули статус гимназии. Слава Богу! Правда, цифру 20 почему-то оставили, вроде, кроме нее, в городе процветает еще девятнадцать гимназий. Вы их видели? Лично я – нет. Так не пора ли, сказав «а», довести дело до победного конца, вернув херсонской альма-матер ее девичье-чистое имя – Первая гимназия, которой она уже 200 лет по праву является? По мне, время пришло.
Не думаю, что мои современники, такие же бывшие ученики 20-й, будут против. Ведь как на полотне, сделанном рукой великого мастера, даже сквозь последующие уродливые напластования так или иначе проступают черты подлинника, так и облик 20-й все эти годы не покидал бессмертный дух Первой гимназии, вытравить который никому и никогда не удавалось. Да и те, кто принес ей мировую славу: академик Тарле, писатель Лавренев, премьер-министр Израиля Шарет, ее знаменитый когда-то директор, имевший 4-й класс табели о рангах, когда действующий губернатор – всего лишь 5-й, да мой недоброй памяти однофамилец, исповедавший развитие мира по спирали, а получивший удар ледорубом по голове по вертикали, плюс многие, многие другие – до самых последних дней своей жизни хранили в памяти родную гимназию, оставаясь в счастливом неведении по поводу 42-й, 14-й и 20-й.
Вернемся к истокам.
Виталий Бронштейн
