Следственный отдел прокуратуры Херсонской области закончил расследование уголовного дела в отношении судьи Каховского горрайсуда, подозреваемого в злоупотреблении служебным положением. Служитель Фемиды обвиняется в том, что совершенно осознанно, умышленно принял незаконное решение, заведомо грубо нарушив закон. Попросту говоря, вошел в преступный сговор с мошенниками. «Зачем парализованному КАМАЗ?»
С 49-летним Сергеем Кравцом мы встретились буквально на выезде из Каховки.
— Только что загрузился луком, держу путь в Запорожье, — объясняет Сергей. — Времени в обрез, но пару минут есть, можем поговорить.
Уложить в пару минут то, что случилось с Кравцом, непросто. Начать же следует с того, что сам Сергей и его 76-летний отец всю жизнь занимались грузоперевозками.
— Мой батя купил в свое время три грузовых автомобиля, — рассказал журналисту Кравец. — Один из зерновозов лет, наверное, 10 назад он отдал в аренду, вот с этой-то машиной и произошла детективная история. Гараж, в котором грузовик стоял, милиция подвергла обыску в связи с расследованием дела об убийстве. У нас тут постреляли угольщиков, возивших из Донбасса «черное золото», при этом исчез КАМАЗ подвергшихся нападению дончан — все подряд КАМАЗы стала изымать милиция. И хотя мой к криминалу не имел отношения, но из-за того, что арендовавший его человек состоит в родственных связях с подозреваемым, наш грузовик задержали. Поначалу я ходил в милицию, как на работу. В ответ слышал: «КАМАЗ ваш теперь не транспортное средство, а вещдок, его судьбу решит суд, надо ждать приговора». Год шло следствие, полтора тянулись суды, потом приговор обжаловали, а дело направили на новое рассмотрение. Грузовик все стоит на штрафплощадке! Отец мой — человек уже старый, больной, перенес четыре инсульта, я ему даже не сообщал о катавасии с зерновозом, чтобы не огорчать. И вдруг новость: КАМАЗ со штрафплощадки пропал. Еду мимо, смотрю — нет машины. Как так? Там на наши расспросы только плечами пожимают: «Вы же его вроде сами продали — пришел новый хозяин и забрал».
— А вы не продавали?
— О чем вы говорите?! Конечно, нет. Руководство штрафплощадки при этом утверждает, что новому владельцу нашу машину отдали не просто так, а по решению Каховского горрайсуда. Я скорее в суд. С огромным трудом удалось вытребовать копию решения. Читаю документ и получается, что я сам продал КАМАЗ некоему Николаю Курасову, уроженцу села Петропавловки. Новый хозяин вроде как ехал по городу, нарушил правила дорожного движения, поэтому машину забрали и поставили на штрафплощадку. С Виталиком Бутинцом, у которого в аренде и был наш семейный грузовик, мчимся в Петропавловку. Крестьяне подтверждают, что такой человек жил здесь, но последних лет 6 он находится в доме престарелых в Каховке. Скорей в дом престарелых! «Есть у вас такой дедуля? — интересуемся у руководства. — Он вроде недавно КАМАЗ купил. Бизнесом, наверное, занимается?». У людей глаза на лоб! Сбежались все: врачи, руководство, нянечки. Наперебой рассказывают, что 76-летний пенсионер лежал парализованный, не поднимался с кровати года четыре, не мог сам есть — его кормили, был неконтактный. «Зачем парализованному КАМАЗ?» — удивляются.
— А что дедушка? Как он объяснил эту запутанную историю?
— Так он умер буквально через неделю. «Счастливый, на КАМАЗе прямо отсюда на небо отправился, — шутили одинокие старики, соседи покойного Николая Петровича. — А что? Дорога неблизкая, больными ногами пока дотопаешь». Может, спрашиваем, кто-то его использовал? Взял и привел в последние дни нотариуса? Возможно, пенсионера возили в город для оформления каких-либо документов? Нет, отвечают, такого не было. Вот загадка так загадка!
Пока с Сергеем Кравцом разговариваем, подъезжает Виталий Бутынец.
— Мы с Сергеем Николаевичем заподозрили, что кто-то воспользовался паспортом парализованного человека, — присоединяется к разговору Виталий (на фото). — Раздобыли фото старика, едем на штрафплощадку, там подтверждают: да, именно этот человек и приезжал за машиной. Но такого просто не может быть! Значит, нас обманывают. Зачем? Новый хозяин КАМАЗа должен был принести милиционерам, охранявшим транспортное средство, соответствующую бумагу из РОВД — дескать, там не возражают против его выдачи. Едем туда, стражи порядка дедушку тоже «узнают» — да, кивают, он лично подписывал здесь у нас необходимые документы. Получается, тоже лукавят. Что-то тут не так… Незаконное решение Варенцова, кстати, базировалось на маленьком клочке тетрадного листа, там написано следующее: «Я, Николай Курасов, за 5 тысяч долларов купил у Сергея Кравца КАМАЗ». Расписка эта никем не заверена, просто огрызок бумаги. Почему судья ее принял? Дедушка, понятно, сам к нему не мог явиться, но и доверенность от него не приносили. Судья мог вызвать Кравца, мог провести почерковедческую экспертизу, но не делает этого, сходу верит мошенникам.
«Бог с ним, с грузовиком, а то еще посадят»
Сергей Кравец нанимает адвокатов, которые подают исковое заявление в Апелляционный суд Херсонской области, там отменяют незаконное решение судьи Каховского горрайсуда Валерия Варенцова (имя и фамилия изменены. — Авт.).
— Вот с решением вышестоящей инстанции мы с Сергеем Николаевичем и пришли к Варенцову, — вспоминает Виталий Бутынец. — Говорим судье: ваше постановление уже не имеет силы, как быть дальше? Кому вы отдали КАМАЗ? Совершенно спокойно судья отвечает: «Меня обманули, понимаете? Обещали, что поднесут генеральную доверенность, а не принесли. Вот мошенники! Но я, ей-Богу, ничего не знал!». Чувствовал себя Варенцов уверенно, ничуть не волновался. Когда услышал, что мы все-таки нашли человека, в чьем гараже сейчас находится грузовик, оживился: «Ну и чудесно! Я сам составлю вам иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения, денег даже не возьму. Через суд вернем машину, никаких проблем».
— Ввязываться в суды? — пожимает плечами Сергей Кравец. — Снова тратиться на адвокатов? Такая перспектива нас не устраивала, да и не было доверия к Варенцову. Через месяц мы пришли к судье еще раз. Он продолжал стоять на том, что отдал наш КАМАЗ дедушке из дома престарелых законно. «Как законно у нас забрали, так законно и верните нам машину», — предлагаем представителю Фемиды. Почему мы должны бегать по судам? Пусть что-то сам предпринимает, раз допустил ошибку. «Ну ладно, — вздохнул хозяин кабинета. — Сколько сейчас на рынке такой грузовик стоит?». Виталий ответил, что цены разные — от 10 до 14 тысяч долларов. Вдруг судья вскочил и кричит: «Вот! Я записал наш разговор! Теперь у меня есть доказательство, что вы занимаетесь вымогательством. Да еще у кого? У судьи! Сами окажетесь под статьей, устрою вам «справедливость», рекетиры!». Не стали ждать, когда защелкнут наручники на наших руках, ушли и больше к нему даже на пушечный выстрел не приближались.
— Решили не связываться?
— Нет, просто другими методами действовать. Еще загремим, в самом деле, за решетку.
— Родным сообщили об угрозах судьи?
— Помню, жена сказала: «Бог с ним, с КАМАЗом, а то посадят, буду передачи носить». В нашей стране сесть ни за что — это запросто, вы что, сами не знаете?
Как Кравец действовал «другими методами», отдельная эпопея. Его КАМАЗ отдали мошенникам 1 апреля 2009 года, и до марта 2012-го он стучал во все инстанции, добиваясь справедливости.
— Нас просто гоняли здесь по кругу, — вспоминает Сергей. — Шоферы — народ дружный, и по сарафанному радио дошли слухи, будто грузовик стоит во дворе бывшего ГАИшника в селе Малая Каховка. Едем туда — так и есть. Новый хозяин оправдывается: купил машину у жителя Мелитополя. «Если надо, тот сегодня же приедет и подтвердит», — божится. А Виталик ему на это: «Если надо, я 20 человек приведу, которые варили на КАМАЗе кузов, красили, ремонтировали. Неужели они свою работу не узнают?!». Грузовик, правда, уже на другой раме, и даже кузов почти на метр укорочен да перекрашен, а изнутри все тот же малиновый цвет. Десятитонник маскировки ради стал восьмитонником.
— Возможно, нынешний хозяин вполне добросовестный приобретатель, мы не знаем, просим прокуратуру разобраться. «Вы хотите, чтобы мы вам машину искали?» — пожимают плечами правоохранители. «Сами уже нашли, правда, она теперь на другой раме», — сообщаем. «Ну раз на другой раме, тут ничего не докажешь!» — разводят руками. Но почему нет ответа на вопрос, кто воспользовался паспортом умирающего человека, кто от его имени обратился с заявлением в суд и завладел чужим имуществом?
— Наши адвокаты обращались, куда только можно, — подтверждает Виталий. — Одна из жалоб попала в Высший совет юстиции Украины, и члену этого совета Сергею Сафулько поручили провести проверку по изложенным фактам. В результате виновность судьи подтвердилась, о чем появилась соответствующая справка, в которой идет речь о нарушении Варенцовым присяги, поставлен вопрос о его увольнении. «В моих действиях не было никакой предвзятости, просто допущена ошибка. Не уделил достаточно времени на изучение материалов», — оправдывался Варенцов.
— Сергей Кравец обратился за помощью в нашу организацию, — рассказал Олег Мартыненко, руководитель Каховской общественной организации «Импичмент», которую создали пострадавшие от незаконных решений милиции, прокуратуры и судов. — Справку Сафулько мы отослали в Генеральную прокуратуру, разбирался по делу о КАМАЗе лично Ринат Кузьмин, он же и возбудил уголовное дело в отношении Варенцова. Каховский судья попытался обжаловать постановление Генпрокуратуры в Печерском суде Киева, но ничего не добился. Месяц назад следственный отдел Херсонской областной прокуратуры закончил расследование уголовного дела в отношении Варенцова. Сейчас высший территориальный суд определяется, где и кем будет слушаться это дело. Судья оправдывается, будто допустил беззаконие по причине плохого изучения материалов. На принятие решения законодатель отводит ему полмесяца, но в тот же день, когда мошенники обратились, немедленно удовлетворил их желание украсть КАМАЗ. Хотя понимал, что документы фиктивные и что перед ним не дедушка и даже не человек с доверенностью, а подставное лицо. Получается, вошел в преступный сговор с неустановленными лицами. Чем можно объяснить такое рвение? Ответ очевиден. Дело могло быть сфабриковано так, что комар носа не подточит. Просто поленились. Решили, что и так сойдет.
Олег Мартыненко, в недавнем прошлом сам сотрудник милиции (сейчас, кстати, ввязался в борьбу за депутатство в Верховной Раде), уверен: либо грузовик присвоили его бывшие коллеги, либо это произошло с их помощью.
— На штрафплощадке неожиданно появляется начальник (теперь уже бывший) отдела внутренней безопасности УМВД Украины в Херсонской области, — говорит Олег. — КАМАЗ является вещдоком в уголовном процессе, хотя вещдоком его следователь сделал незаконно. Тем не менее, до окончания никто не имеет права решать что-либо с грузовиком, это компетенция судьи областного суда. Может, высокий начальник принимает какие-то меры к персоналу, допустившему кражу со штрафплощадки? Нет, вместо этого он снимает пропавший КАМАЗ с учета в МРЭО. Зачем? Выставляйте карточку в розыск и ищите, это было бы логично, а так подозрительно! Опять же, в Каховском РОВД ставят подписи на документ дедушки. Хотя знают, что не имеют права по той же, кстати, причине: какие-либо действия с транспортным средством, что проходит по уголовному делу, не в компетенции РОВД. Нарушают закон дважды: кому они эти подписи ставили, если дедушка явиться к ним физически не мог, а доверенность не оформлял?
«Судье было наплевать на горе»
Олег Мартыненко знакомит меня с 62-летней каховчанкой Валентиной Гусевой (на фото), которая уже давно добивается суда над Валерием Варенцовым.
— 4 года назад убили моего единственного сына, 35-летнего Сергея, — рассказывает женщина. — Трагедии предшествовали такие обстоятельства: сын с невесткой подали на развод, стали жить врозь. У Виктории появился мужчина, но через полгода она с ним рвет и возвращается к мужу, дети мирятся. Любовник преследует невестку, приезжает ночью и требует, чтобы вышла, хотя Вика умоляет оставить ее в покое. Мой сын долго это терпел. В очередной раз Александр Фесенко, причем пьяный, приехал к ним с пистолетом, учинил дебош, хотел с Сережей «разобраться». Сын пытался выгнать наглеца со двора, но Фесенко его расстрелял в упор, пистолет выбросил в Днепр, а сам подался в бега. Убийцу задержали, содержали в Херсонском СИЗО, привозили на суд в Каховку раз десять, но все время суды по разным причинам откладывались. Шли месяцы, а слушания ни с места. Город маленький, узнаю, что Фесенко ищет покупателя на свой дом. Долго он его искал, но как только продал — о чудо! — наше дело моментально сдвинулось с мертвой точки. Судья Варенцов тут же изменяет подсудимому меру пресечения, выпускает из-под стражи. Через пару дней ко мне подошла одна женщина, юрист, и рассказала: Фесенко просит ее уговорить мою невестку за крупную сумму денег изменить показания в его пользу. Мы с ней идем к Виктории, та категорически отказывается от предложения. «Зачем платить судье? Лучше отдам деньги любимой женщине, пусть только скажет, что сама в тот вечер позвала на помощь, попросила, чтобы защитил ее от мужа!» — вот слова Фесенко. Пишу судье заявление с просьбой заключить подсудимого под стражу, так как он пытается подкупить главного свидетеля. «Фесенко исправно является во все заседания, закон не нарушает», — отвечает мне Варенцов. В судебное заседание вызвали моего малолетнего внука, тот показал, что много раз видел пистолет у дяди Саши. «Что ты видел?! — кричал на него судья. — Что ты в этом понимаешь?». Ребенок расплакался, мы его долго не могли успокоить. Одним словом, суд вынес парадоксальное по своей мягкости решение: лишить убийцу свободы сроком на три года с двухлетней отсрочкой исполнения приговора. Зато через два месяца судья Варенцов пересел на новенький дорогущий автомобиль. Я немедленно сообщила о своих подозрениях во все инстанции, мне отвечают: «Ну и что? Это не доказательство коррупции». Правда, Апелляционный суд отменяет приговор Варенцова по мягкости, но убийца исчезает, уже три года он в розыске. А вот, посмотрите, какой ответ мне пришел из Апелляционного суда Херсонской области: «За результатами апеляційного розгляду не встановлено обставин, які б вказували на умисне постановлення суддею неправосудного рішення». Получается, у него одно решение за другим отменяется, но все это — досадные ошибки.
Валентина Ивановна смолкает.
— Остался маленький внук без отца, сейчас тяну его на свою пенсию, мальчик сильно болеет, — растерянно роняет руки на колени собеседница. — Как жить? А Варенцов отлично устроился — торгует законом, который поставлен отправлять, налево и направо, обогащается. На него много жалоб. То незаконно выпустил из-под стражи маньяка, а тот, воспользовавшись свободой, изнасиловал очередную жертву. Судье на это наплевать. Ему было наплевать и на меня, и на мое горе. Сочувствие, понимание? В его системе ценностей важно совсем другое — деньги. Недавно в Николаеве к 8 годам лишения свободы приговорили судью Каховского горрайсуда Олега Крюковского, в недавнем прошлом зампредседателя этого суда, произведшего в 2008-м 18 выстрелов из автоматического оружия по своим родственникам. Причина конфликта — наследство, которое после смерти родителей досталось не ему, а сестре. И теперь ответьте мне: а судьи — кто? Кто нас судит?!
Людмила ТРИБУШНАЯ, "Новый День"
