На снимке: директор Черноморского биосферного заповедника Анатолий Юрченко осматривает угодья в поисках очередного табуна диких лошадей. Фото автора.
Местные жители и туристы называют их мустангами Тендры, и многие люди приезжают сюда специально, чтобы полюбоваться красотой этих замечательных животных. Но в последнее время мустангов на побережье, которое является частью охранной зоны Черноморского биосферного заповедника, очевидно стало много. Косяки диких лошадей под непременным контролем сильных и злых жеребцов уже насчитывают более ста особей, и их тяжелые копыта буквально вытаптывают легкие песчаные почвы. А с разрушением почв уничтожается и привычная среда обитания уникальных растений, тридцать видов которых занесены в Красную Книгу Украины, а еще 16 - в Европейский Красный список. Их в заповеднике, в отличие от мустангов, обязаны охранять. В то время, как дикие лошади большой ценности для науки не имеют: их только фотографы и приезжие курортники обожают.
"Такое "нашествие" копытных травоядные оказывает большое давление на окружающую среду, и уже стало реальной угрозой для редких растений. К тому же, часть из них являются эндемиками, растущих только в нас, и их уничтожение стало бы невосполнимой потерей для природы и мировой науки. К тому же, в августе этого года Кабинет министров Украины предоставил статус национального достояния остаткам реликтовых лесов Геродотовой Гилеи (на снимке) - Солоноозерний и Иванорыбальчанский участки нашего заповедника, а одичавшие лошади постоянно туда заходят, наслаждаясь зелеными реликтами, - обеспокоен директор Черноморского биосферного заповедника, доктор сельскохозяйственных наук Анатолий Юрченко, - Слишком большое количество животных, которые к тому же для Тендры являются обычными пришельцами, можно было бы регулировать с помощью отстрела. Но убивать таких замечательных лошадей у егерей, честно говоря, просто "ружье не поднимается".
Дирекция ЧБЗ обратилась к жителям окрестных сел Херсонской и Николаевской областей Геройское, Рыбалче, Покровки и Васильевки с предложением отловить хотя бы часть безнадзорных лошадей для их дальнейшего использования на хозяйственных работах, или по крайней мере, на мясо. Однако убивать животных крестьяне наотрез отказались не столько из-за любви к ним, сколько из вполне меркантильных соображений - ведь мустанги привлекают многочисленных туристов, дают людям дополнительный заработок. А ловить диких лошадей в песчаных дюнах и сосновых рощах оказалось делом не из легких: с украинских хлеборобов ковбоев не получилось, и в течение нескольких месяцев они поймали всего с десяток копытных. Да и то не жеребцов, а кобыл и их жеребят.
Автор этих строк имел возможность на собственном опыте познакомиться с мустангами Тендры. Когда машина Черноморского биосферного заповедника встретила один таких косяк мустангов, я вышел из пикапа, пытаясь сфотографировать его . Но животные ( на снимке ) очень осторожно держали дистанцию - кобылы медленно отходили, зато мгновенно примчался жеребец. Угрожающей фырканье предупреждало: дальше не подходи!
Решить проблему мустангов можно было бы простым вытеснением их в заброшенные поля, которые сейчас никто не обрабатывает, которых на территории заповедника сколько угодно. Но работники Черноморского биосферного заповедника чисто физически не в состоянии контролировать передвижения стад - у них и без того полным-полно неотложных задач. Ведь территорию ЧБЗ в более ста тысяч гектаров сейчас охраняет всего десять полевых баз (границ). И на каждого егеря приходится колоссальная зона обслуживания в десять тысяч гектаров. Чтобы просто обойти или объехать местность с крайне тяжелым рельефом, нужен весь световой день: куда уж там мустангов гонять!
Сергей Яновский, "Голос Украины"
