Днепровские плавни пока еще доступны каждомуОхота и рыбалка на Херсонщине явно становится досугом «для богатых». Ни дичи, ни рыбы вблизи крупных городов уже практически не осталось. А за право подстрелить какого-нибудь зайца или выловить карпа в частных заказниках берут такие деньги, что дешевле будет сходить на базар да набрать полную сумку мясных и рыбных деликатесов. Однако в низовьях Днепра все-таки еще остались «секретные места», где полно живности, а за возможность остаться наедине с природой и попытать охотничьего либо рыбацкого счастья с вас не будут три шкуры драть. Один из таких чудесных уголков — остров Гапчинский на крохотной речушке со смешным названием Нетребка.
Где космонавт карпов ловил
Еще лет сорок назад этот красивейший уголок днепровских плавней начали обживать члены херсонской организации Украинского общества охотников и рыболовов. Методом народной стройки на острове соорудили лодочный причал и несколько кирпичных домиков, служащих мини-гостиницами, а назвали все это охотничье-рыболовной базой «Краснюково» — так же, как густо заросшее водяными лилиями озерцо по соседству. И с тех пор каждый сезон на «Краснюково» бывают около тысячи «посвященных», приезжающих сюда не только со всех концов Украины, но даже из США, Болгарии, Германии. Побывав здесь единожды, они стремятся вернуться на «заколдованный» остров вновь и вновь.
— Иностранцы, которые оказываются у нас в гостях, на первых порах просто не верят, что в мире еще остались такие уголки нетронутой природы с шелестом бескрайнего моря камышей, непугаными утиными стаями и реками, полными рыбы. В нашей Нетребке почти исчезнувшие выше по Днепру лини — не редкость, — с гордостью рассказывает старший егерь базы Семен Вечный. — А когда на Херсонщине жил перебравшийся сейчас в Киев наш земляк-космонавт Виталий Жолобов, так он и вовсе на Краснюковом каждое лето пропадал — его сюда карпы привлекали. Помнится, случалось Виталию Михайловичу вытаскивать у нас рыбин по 8—10 килограммов!
Олени... в курятнике
Семен Вечный — и сам один из тех, кого остров не отпускает. Его отец, Гурий Семенович Вечный, до самой своей смерти 42 года работал егерем на «Краснюково» и знал здесь каждую протоку. А затем «эстафету» переняли его сын и племянник, егерь Андрей Литовченко, которые живут на острове практически с пеленок. И для полноты картины надо заметить, что подчас эта жизнь требует не только любви к природе, но также выносливости и мужества. С января, когда заканчивается охотничий сезон, а низовья Днепра покрывает лед, егеря на острове Гапчинском отрезаны от всего мира. Раз в неделю кто-то из них по льду выбирается за продуктами в родное село Старую Збурьевку, а такие походы всегда связаны с риском для жизни. Весной нужно ставить нерестовые гнезда для рыбы, плавучие гнезда для уток и гонять браконьеров, рискуя нарваться на пулю.
В разгар осенних штормов, да и весной, базу «Краснюково» захлестывает половодье — воды Нетребки порой врываются и в домики, и на острове тогда нет ни единого сухого уголка. В такие дни убежища поближе к людям ищут даже пятеро обитающих на Гапчинском благородных оленей: прошлой зимой, к примеру, они дней пять пережидали лютый холод и снежные метели... в егерском курятнике.
Зато уж с наступлением тепла и до похолодания на острове настоящий рай для приезжих. Вдохнув первый же глоток воздуха, насыщенного головокружительными ароматами цветов и трав, они мигом лишаются желания даже спать под крышей. А некоторые признаются, что с удовольствием коротали бы ночи и в камышовых куренях (на будущее их собираются-таки на берегу построить). И люди особенно ценят то, что этот рай доступен каждому — ведь сегодня все больше живописных мест в Украине перекрывают высокими заборами с табличкой «Частная собственность».
— Приезжаешь в частное охотхозяйство, а там за отстрелочную карточку на утку по 50—75 гривен требуют. Ночлега дешевле, чем за 50 гривен, не найдешь, а все «добычливые» места уже заранее «расписаны» между богатыми из Киева и Одессы, являющимися охотиться на роскошных джипах и денег на свои удовольствия не жалеющими. У меня таких денег нет — ведь я простой рабочий. И тут «Краснюково» здорово выручает: для членов УООР ночлег в домике на базе стоит каких-то 25 гривен, аренда лодки — 15 гривен в сутки, а егеря всегда помогут, подскажут, где дичь искать, даже среди ночи обогреют и накормят, — делится впечатлениями постоянный гость базы, судосборщик Херсонского судостроительного завода Валерий Леванченко.
Потерянный рай
К сожалению, баз, подобных «Краснюково», в распоряжении уооровцев Херсонщины всего пять. К тому же угодья вокруг них соблазнившиеся взятками чиновники все чаще пытаются «раздерибанить», отнимая самые богатые дичью и рыбой территории для эксклюзивных забав «новых украинцев». За несколько последних лет дюжине частных хозяйств передали более 50 тысяч гектаров наиболее перспективных угодий, которые оказались фактически утраченными для простых людей. И это вызывает справедливую озабоченность у активистов самой массовой в стране организации охотников и рыболовов.
— Членами УООР на Херсонщине состоят около 16 тысяч человек. Это в большинстве своем люди небогатые — пенсионеры, крестьяне, рабочие, сотрудники правоохранительных органов, которым плата за услуги частных хозяйств, плодящихся, как грибы после дождя, в бывших уооровских угодьях, просто не по карману. Когда областной и районные советы передавали землю «частникам», в решениях обязательно оговаривалось, что преимущественное право пользования этими угодьями остается именно за местными жителями. Однако никаких реальных льгот для них новые хозяева вводить даже не думают. А ставки оплаты за карточки на отстрел дичи, жилье, услуги егерей таковы, что за пару дней охоты надо отдать едва ли не месячную зарплату среднестатистического херсонца, — сопоставляет заместитель председателя Херсонского облсовета УООР, полковник милиции в отставке Владимир Маловичко. — А раз люди потеряли возможность за доступную цену легально пользоваться теми охотничьими и рыболовными угодьями, которые находятся у них под боком, жди всплеска «тихого» браконьерства с использованием петель, силков и бесшумного оружия вроде арбалетов и луков. Все это напоминает мне возвращение во времена крепостного права, когда доступ в «господский» лес для сельчан был строго запрещен, и по зарослям рыскали конные объездчики, избивавшие нарушителей запрета плетью. И тем не менее браконьерство не прекращалось, потому что другого выхода у людей просто не было.
Сергей ЯНОВСКИЙ, "Голос Украины"