Аня приехала в Херсон из Песков, Донецкой области. В поселке всегда было туго с работой, а молодая семья затеяла капитальный ремонт. Поэтому в конце 2013 года они поехали на заработки в Запорожье. Но после жутких событий лета 2014 года молодая семья поняла, что возвращаться им уже некуда…
В Песках у Ани был свой дом и большое хозяйство. В том же поселке жили и все ее родные и друзья. Теперь о прошлой мирной жизни они вспоминают только по фотографиям. И почти каждую неделю показывают по телевизору в новостях, как от их деревни остается все меньше. Сплошные руины, и из всех жителей только 13 старичков, которые не могут и не хотят уехать.
– Поселка нет уже, он ведь находится на линии соприкосновения. Родители мои там оставались до последнего: ни света, ни газа, ни воды – ничего не было. Они знали, что если уедут, то это все, конец. Мародеры растащат по кирпичику все, что они нажили. Да и как решиться на переезд двум пенсионерам, которые родились в этом поселке, воспитали детей, прожили жизнь. Но когда начались "прилеты”, то за три дня у них разбило все пристройки: гараж, сарай, летнюю кухню. И когда попали в дом, родители поняли, что если останутся, то не выживут. Уезжая, пришлось отпустить всех животных. У меня и у родителей был целый животный двор. Собаки, коты и просто домашние куры, гуси – всех пришлось оставить. Переселенцам и так сложно найти жилье, а с животным это вообще нереально. Знакомые, которые остались в поселке, потом рассказывали, что собаки с голоду поели всю птицу, – рассказывает Аня.
Родители вместе со второй дочерью, ее мужем и внуком переехали к Ане в Запорожье. Там все вместе первые полгода снимали дом, но очень дорого обходилась коммуналка, даже с "переселенческими” деньгами. Родители пенсионеры, сестра в декрете с маленьким ребенком, работает только ее муж. Денег очень не хватало. Поэтому переехали в трехкомнатную квартиру, жили, как говориться, "в тесноте, но не в обиде”. А когда обстрелы Песков немного поутихли, родители рискнули вернуться в свой дом. Но позвонили, и плача, сказали – остались только голые стены и расстрелянная мебель… Возвращаться оказалось некуда.
– Тогда мы с мужем начали думать, чтобы переехать куда-то в другой город. Нам Запорожье как город, не сильно приглянулся, да и все таки тесно трем семьям в одной квартире. Стали расспрашивать знакомых, где есть работа, вот тогда мне предложили место в Херсоне. Я еще неделю колебалась – это для меня был совершенно чужой, незнакомый город. Но потом решила, что терять нам нечего – у нас из нажитого остались только документы. Все остальное погибло в поселке. Первой присмотреться в Херсон приехала я, а через месяц – муж.
Донецким не беспокоить
Решиться на переезд оказалось легче всего. Трудности возникли уже в Херсоне, когда переселенцы начали искать квартиру.
– Во многих объявлениях так было сразу и написано: "с пропиской Донецка и Луганска – не беспокоить”, а в которых не написано – говорили "нет” по телефону, как только слышали, откуда мы. Когда я попытались через риелтора найти квартиру, то она нам объяснила, мол, хозяева боятся переселенцев. Когда-то, кто-то из Донецка не хороший был, кого-то обокрал, и многие теперь боятся нам сдавать жилье. Еще нам говорили хозяева, что мы, переселенцы, нигде не привязаны, а вдруг мы всю технику им вынесем, где нас тогда искать? Еще был такой смешной страх у арендодателей: "А вдруг у меня отберут эту квартиру. Я ее сдаю, она как бы лишняя, а вы вот остались ни с чем. Вдруг государство примет такой закон, чтобы отдать квартиру вам”. Вот такие нам давали отказы. Мы продолжали искать и постепенно наши требования становились все ниже и ниже. Просматривали объявления и думали, что уже хоть что-нибудь, хоть куда-нибудь. Сначала даже жили в квартире совсем без бытовой техники, а из мебели – только два дивана и стол. Когда живешь дома, то не замечаешь обычных вещей. У всех есть блендер, мясорубка – элементарные мелочи для удобства. А мы так сорвались, и у нас с собой всего несколько вещей. Все нужно покупать, а цены совсем не радуют. Да и с работой тоже сложности, как и с квартирой. Когда муж искал, никто не хотел брать "донецкого кочевника”.
Но есть все-таки и адекватные люди, которые понимают, что переселенцы – это самые лучшие работники. Что мы ищем работу не для того, чтобы колесить по Украине, а чтобы элементарно выжить. Нам, как никому, нужны деньги, чтобы платить за квартиру, коммуналку, и мы соглашаемся на любые условия.
Вот с коллективом на работе мне очень повезло, у нас кроме меня, еще двое переселенцев, и к нам все хорошо относятся. А вообще я стараюсь не афишировать, откуда я, пока не спросят – молчу. Потому что большинство просто шарахается.
Новый дом
Главным утешением для семьи Ани стал сам город, Херсон. Маленький, не шумный, компактный, – он им сразу понравился.
– Очень зеленый город, уютный и красивый. Много старинных зданий, много парков. Единственное, что для нас было шоком – много граффити, разрисованных стен. Местные этого не замечают, уже привыкли. А нам, после ухоженного Донецка, было дико. Я в городе еще не очень хорошо ориентируюсь, а муж, как водитель, быстро освоился. Он мне постоянно рассказывает, где и что красивое увидел. А по выходным мы иногда вдвоем выбираемся исследовать город или область. Недавно в Асканию-Нова ездили. Выехали в степь на бричке, так классно! Правда, потом пошел дождь, мы промокли до нитки, я потом заболела. Но впечатления это все рано не испортило.
Еще у нас в планах на это лето поехать на остров Джарылгач. Мы почитали, посмотрели фотографии – поедем исследовать.
А как-то с мужем пошли в кино, в кинотеатр "Юбилейный”. И там просто поразил огромный экран и…отсутствие зрителей. Нас было всего 4 человека. В итоге вторая пара ушла, и мы с мужем весь фильм смотрели одни в большом-большом зале. Целый кинотеатр был для только нас. Вот такое романтическое приключение.
Херсон очень нравится. Мы с мужем рассматриваем такой вариант: если у нас дома ничего отстраивается не будет, и вернуться будет некуда, то может, купим дом в Херсонской области, в Цюрупинске или Чернобаевке. В самом городе вряд ли, при всем желании мы не соберем столько денег. Я и родителям начинаю уже присматривать место. Папе главное, чтобы река была или ставок, он у меня рыбак. Я их стараюсь подводить к мысли, что жизнь продолжается и нужно как-то обустраиваться.
Больше всего Аня скучает по родителям и друзьями. Близкие люди, с которыми всегда можно было поговорить, в любой момент посоветоваться, теперь далеко.
– Друзья мои по всей Украине разбежались. Общения очень не хватает. Но телефон спасает, да и через Интернет связь теперь поддерживаем. А в Херсоне из новых друзей только такие же переселенцы. К родителям ездим раз в несколько месяцев, на праздники. Хотя у нас есть машина, все равно накладно получается, по деньгам и по бензину.
Очень жалко родителей, они то уже точно дом себе не купят. Хотя даже я, молодая, не особо представляю, как мне надо работать, чтобы купить себе дом. Конечно, я мечтаю о том, чтобы снова обустроить нашу жизнь, как до войны, а по сути сейчас живу одним днем, и не планирую никакого будущего. А папа с мамой все же не оставляют надежды вернуться. Они только ждут, чтобы перестали стрелять – и все.
