Недавно в польском Вроцлаве состоялся III Энергетический конгресс, в рамках которого был проведен украинско-польский газовый форум. В нем приняли участие и руководители украинских "Укргаздобычи" и "Укртрансгаза", которые подробно рассказали заинтересованной польской аудитории о возможностях своих компаний.
В кулуарах конгресса председатель правления "Укргаздобычи" Олег Прохоренко рассказал корреспонденту Укринформа о перспективах сотрудничества Украины и Польши в энергетической сфере, планы компании по увеличению добычи газа и проблемы, которые возникают на этом пути.
- Господин председатель, вы представили на форуме возможности "Укргаздобычи". Какого рода сотрудничество с польскими партнерами вы ожидаете?
- Целью нашего участия было ознакомить широкие круги польского энергетического бизнеса со всеми возможностями для работы в Украине. На конференцию нас пригласила польская компания PGNIG. Уже год между нами строятся хорошие отношения, польская сторона видит большой потенциал для их развития.
В прошлом году мы приезжали в Польшу, чтобы познакомиться с председателем PGNIG Петром Возняком и его командой. Тогда мы посетили регион добычи газа в районе города Санок, что вблизи границы с Украиной. Наблюдали за тем, как там добывается газ, как PGNIG оперирует подземными хранилищами газа. Кроме того, мы осмотрели буровую установку компании EXALO Drilling (дочерняя компания PGNIG).
За последний год у нас состоялось значительное количество крупных тендеров, где мы увидели и польские компании. Сейчас уже есть конкретные направления, где они с нами работают. Прежде всего, речь идет о польской компании EXALO Drilling, контракт с которой по результатам проведенного тендера находится на стадии переговоров и предусматривает эксплуатацию четырех буровых установок в Украине.
- На каких месторождениях Украины вы планируете работать с польской стороной?
- Это месторождения в Полтавской и Харьковской областях, где сконцентрирована основная добыча. Но на согласование этого контракта влияет роспуск наблюдательного совета НАК "Нафтогаз Украины", ведь контракт ушел на согласование в этот орган.
Летом контракт несколько раз обсуждался, и предварительно было получено согласование. Однако, когда наблюдательный совет, к сожалению, распустился, то эти функции до конца не были выполнены и сейчас все находится в подвешенном состоянии. Поэтому нужно либо ждать новый наблюдательный совет, либо выносить этот вопрос на утверждение Кабинета Министров как акционера, либо делать что-то другое. То есть, ситуация с наблюдательным советом напрямую влияет на операционную деятельность компании.
Но EXALO Drilling выиграла несколько небольших лотов по цементажу скважин, где они уже начали работать.
Еще одно направление, где мы заинтересованы в участии польских компаний, - это сейсмические работы. В частности, мы пригласили на наши тендеры компанию "Геофизика Торунь" (Geofizyka Torun), которая является дочерней компанией PGNIG. Недавно мы провели тендер, который касался восточных областей. Но они не решились принять в нем участие, очевидно, опасаясь рисков, ведь недалеко продолжается война. Поэтому они ждут. Вскоре должен состояться тендер на западную Украину, что для них очень интересно, поскольку здесь рядом у них есть соответствующее оборудование и они знают этот регион.
- Когда состоится этот тендер?
- В четвертом квартале этого года или в первом квартале следующего. Под эти и будущие тендеры мы недавно провели "круглый стол" с украинскими и иностранными подрядчиками, где, в том числе, была компания "Геофизика Торунь". Таким образом мы создаем конкуренцию на украинском рынке.
Еще год назад две-три компании полностью контролировали сейсмические работы в Украине. Заказов было мало, они не инвестировали в оборудование, в современные технологии.
Сейчас мы выходим на рынок, законтрактовав фактически все сейсмические мощности в Украине, поскольку их просто нет уже на рынке. А речь идет о сейсмических вибраторах, станциях, которые записывают сигналы, где нужно иметь определенное количество каналов. У нас довольно высокие стандарты для получения четкой картинки по сейсмическим исследованиям. И для того, чтобы обеспечить наши потребности, нужно завозить большое современное оборудование. Поляки и белорусы готовы рассматривать наши предложения, украинцы начали инвестировать.
Поляки также заинтересованы в возможности ведения газоразведки и добычи газа на западе Украины. В течение года мы обсуждаем возможный формат сотрудничества. Сейчас мы ликвидируем наследство от наших предшественников, в частности пресловутые договоры совместной деятельности. Но есть много других вариантов сотрудничества: соглашения о разделе продукции, контракты на обслуживание месторождений и тому подобное. Но, в любом случае, это будет открытый конкурс для всех компаний, которые хотят зайти в Украину.
Мы сейчас имеем положительную динамику в "Укргаздобыче".
- Например? Расскажите подробнее о динамике в компании.
- За девять месяцев 2017 года по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, нам удалось повысить добычу на 4%. По итогам года мы планируем выйти на показатель 4,1%.
В июле-сентябре мы имели «плюс» 7% к уровню прошлого года. Это произошло за счет программы по интенсификации скважин, капитального ремонта скважин, ускорения и расширения программы бурения, установки новых компрессоров. С сентября 2016 года по сентябрь 2017 года мы провели уже 105 операций интенсификации и дальше наращиваем темпы. В Украине до этого времени никто таких показателей не выполнял. Сейчас у нас работают два подрядчика - это "Белорусьнефть" и румынский Таcrоm. Они завезли современное оборудование и дают больше добычи, чем мы планировали. Мы приглашаем и польских коллег к этому сотрудничеству.
Другое направление, где мы видим поле для сотрудничества с поляками, - это капитальный ремонт скважин. У нас сейчас действует программа по восстановлению скважин, которые были утеряны и которые не давали добычи.
Украина сейчас демонстрирует положительную динамику по развитию добычи газа. У нас есть стратегическая цель - выйти на самообеспечение газом, поэтому Украина будет инвестировать в эту отрасль. Это обеспечит безопасность не только Украины, но и всего региона. То есть, если Украина будет обеспечена газом, то после 2020 года мы, теоретически, могли бы поставлять газ нашим соседям.
- Поляки тоже хотят поставлять газ в Украину. Например, речь идет о сжиженном газе из LNG-терминала в Свиноуйсце через построенный польско-украинский интерконнектор.
- Да. Однако, речь идет о транспортировке, а не об экспорте. Это тоже хорошо. Сейчас очень развит интерконнектор со Словакией, будет строиться интерконнектор с Польшей. Когда система интерконнекторов расширится, мы повысим собственную добычу, а Польша разовьет LNG-терминал в Свиноуйсце, то это будет очень хорошо. Наш газ в любом случае будет дешевле завезенного через LNG-терминал. Но будет конкуренция, многообразие путей поставки газа, а значит, повысится безопасность для всего региона. Чем больше каналов снабжения, тем лучше для всех стран.
- На какой уровень добычи газа планируете выйти через год?
- В этом году мы выйдем на уровень 15,2 млрд кубометров, в прошлом году это было 14,6 млрд куб. м. Наша цель - увеличивать добычу на 600 млн кубометров в год и сейчас идем по этой траектории. В следующем году планируем еще более высокий прыжок.
Существует определенная зона риска, потому что изначально в своей стратегии мы предполагали выйти (в 2018 году - ред.) на уровень добычи в 16,5 млрд кубометров. Но, к сожалению, со стороны властине было сделано много шагов. Со своей стороны, мы делаем то, что зависит от нас - модернизируем компанию, привлекаем современные технологии, но потом упираемся в стену. Например, мы уже два года говорим, что нужно дерегулировать земельные отношения для упрощения землеотвода. Потому что, когда мы выходим бурить скважины, то иногда получение всех согласований на буровые скважины занимает 2-3 года. В Верховной Раде уже два года лежит законопроект, который предусматривает упрощение этих процедур. Нужно эти 2-3 года ожидания заменить 2-3 месяцами.
Другой фактор - это рента. Сейчас у нас самая высокая рента в Европе - это 29%, и она отнюдь не стимулирует инвестиции. То есть, мы добыли газ, еще не успели его продать, но сразу должны уплатить с него налог государству. Поэтому, если мы хотим привлекать инвестиции, если мы хотим увеличивать добычу, то давайте снизим ренту. В этом нет смысла: мы покупаем газ из импорта, а это значит, что платим деньги другому государству. То есть мы платим государству, в котором рента ниже, чем в Украине.
- С какими еще проблемами сейчас сталкивается "Укргаздобыча"?
- Мы также имеем проблемы с получением спецразрешений. Я это озвучивал в правительстве, мы много раз обращались в Госгеонедра. Прежде всего, это касается Полтавского облсовета. Они уже 2,5 года не согласовывают выдачу новых спецразрешений. Это касается не только нас, но и частных компаний. Следовательно, создается такая ситуация: с одной стороны, правительство нам говорит, что нужно увеличивать добычу газа, а с другой не создается благоприятных условий для этого - не выдаются лицензии, не упрощается порядок их выдачи. И вот в такой ситуации нам удалось что-то сделать.
Самый радикальный шаг, который сейчас дает свои плоды - это выравнивание цены. Цена, которую мы сейчас получаем за газ, стала гораздо ближе к коммерческой. Это то, что сегодня сделало правительство Владимира Гройсмана. Но все другие шаги - рента, земельные отношения, упрощение доступа к геологической информации, - это все еще регулируется на советском уровне, это - "махровый совок". Мы пытаемся проломить эту стену. Наш план был 16,5 млрд кубометров, но из-за преград, нежелания помочь, а иногда и создания преднамеренных преград, будет хорошо, если мы выйдем на показатель в 16 млрд кубометров. Мы же не волшебники. То есть, показатель от 16 до 16,5 млрд кубометров это - наша примерная цель на следующий год.
- "Укргаздобыча" планирует разрабатывать месторождения в шельфе Черного моря. Не боитесь политических рисков?
- По такому принципу вообще можно ничего не делать.
- Тогда: каковы ближайшие планы компании по разработке шельфа и будете ли привлекать польских партнеров?
- Как я уже отметил ранее, все сводится к выдаче лицензии. В последнее время я много говорил о проблеме Госгеонедр. Были проблемы с продлением существующих лицензий. Сейчас процесс, кажется, сдвинулся с места. Мы получили несколько бланков спецразрешений, по которым были задержки. Надеемся на продолжение позитивной динамики. Очень не хочется, чтобы повторялась ситуация, которая была до недавнего времени. Мы готовы многое делать, мы готовы привлекать специалистов, привлекать оборудование, но если нет лицензии, то нет и разговора. Сейчас очень много вопросов к скорости выдачи спецразрешений. Приведу лишь один факт: за год в Украине был проведен всего один аукцион по лицензиям на добычу нефти и газа. Это нонсенс! Стране нужен газ, "Укргаздобыча" готова добывать, но мы не сможем быстро наращивать добычу, если украинские чиновники не будут нам помогать.
- Хозяйственный суд Киева обязал "Укргаздобычу" выплатить долги украинскому филиалу российского "Сбербанка" за кредитные обязательства ООО "Карпатыгаз"...
- Это, собственно, пример того, почему мы сейчас расторгаем все договоры совместной деятельности (СД). В предыдущие годы заключались коррупционные договоры СД, где будто бы приходил частный инвестор и предлагал инвестировать. Мол, пусть "Укргаздобыча" выдаст нам, например, 100 скважин, "Карпатыгаз" будут инвестировать и ремонтировать, а потом будем делиться в процентах. Это была такая концепция. На самом же деле ничего такого не было, а просто выкачивались деньги. Так действовала, например, коррупционная схема Александра Онищенко, которую разоблачили. Там было украдено 3 млрд гривен и не заплачены налоги. Другая схема - "Карпатыгаз". Они делали то же самое. Более того, на этот договор СД они занимали деньги у банков, а гарантом делали "Укргаздобычу". Это было при предшественниках на протяжении 2010-2013 годов. Вот, собственно, по такому кредиту, который взяла когда-то "Карпатыгаз" вместо того, чтобы инвестировать собственные средства, и есть то самое решение суда в пользу "Сбербанка". Конечно, мы не согласны с этим решением и будем продолжать бороться и доказывать, что "Укргаздобыча" не должна отвечать за коррупционную схему "Карпатыгаз", по которой они еще и задолжали перед банком.
Когда я пришел в компанию (2015 год - ред.), я ужаснулся. Что это за инвестор, который не только не инвестировал средства, а еще и пользовался газом "Укргаздобычи", и брал от имени "Укргаздобычи" кредиты в банке. Это коррупционная составляющая "папередников", которая, к сожалению, сейчас возвращается рикошетом "Укргаздобыче". Сейчас мы судимся в стокгольмском арбитраже, чтобы расторгнуть этот договор СД с "Карпатыгаз". Эта компания не выполняет взятых на себя обязательств, поэтому этот договор нужно разрывать, а не изображать какую-то деятельность, которой на самом деле нет. Они нам говорят, что у них нет денег на выполнение обязательств, но и договор расторгать не собираются. Слушания по данной проблеме назначены на декабрь в Стокгольмском арбитражном суде.
Джерело – Вгору
