13 января 2016 года в Литве особенный день. Ровно 25 лет назад у вильнюсской телебашни пролилась кровь – 14 безоружных человек погибли и свыше 600 было ранено при попытке штурма советскими войсками.
Херсонщину и Литву связывает общая история. Несмотря на 1300 километров, отделяющих Херсон от Вильнюса, 600 лет назад мы были единым государством, а правитель Великого княжества Литовского князь Витаутас строил на территории нынешней Херсонщины пограничные замки.
Великое княжество Литовское в те времена простиралось от Балтийского моря до Чёрного и включало в свои границы почти полностью бассейн реки Днепр. Это, пожалуй, самая естественная геополитическая и культурная граница. На протяжении 1569–1795 годов Литва и Украина были в составе одного общего государства – Речи Посполитой. Обе страны до 1918 года находились в составе Российской империи, до 1991 года – в составе СССР.
Однако, не только события глубокой старины, но и новейшей истории тесно переплелись. В 1917-18 годах наши страны боролись за независимость. И, в конце концов, в 1920 г. Литва ее добилась, и с огромными усилиями выстраивала государство, пока этот процесс не был нарушен советской оккупацией 1939 года. В Украине же независимое государство удержалось менее двух лет. Однако всё это время литовский народ испытывал дружеские отношения к украинцам. Сейчас между нашими странами установились очень тесные и теплые взаимоотношения. Еще в 2009 году Литва пообещала поддержку Украины в приобретении членства в ЕС, эту поддержку испытывали украинцы в самые трагические минуты Майдана 2013–14 гг.
Литва – первая республика Советского Союза, получившая независимость, а 1 мая 2004 г. стала членом Европейского Союза. Можно без преувеличения сказать, что 25 лет назад события в этой маленькой республике привели к глобальным изменениям во всей восточной Европе.
Даля Тарайлене, руководитель Комиссии по делам военной службы Литовской молодёжи в 1989-1991 г.г., очевидец трагических событий 13 января – вспоминает.
“Вокруг атмосфера настолько напряженная что, кажется, от малейшего выдоха может что-то сорваться и исчезнуть: голос, жизнь, свет, даже огромные сугробы снега. Москва продолжает угрожать “наведением порядка”. Массово литовские парни бегут из СА (советской армии). Еле успеваем их регистрировать, работаем по 12-18 часов ежедневно. А еще забота – куда их спрятать? Ведь такое беспокойное время… Но вот проявляется еще один феномен – вспышка бескорыстный доброты. Сотни литовцев предлагают жилье для преследуемых молодых мужчин в своих квартирах, усадьбах, хуторах. По этому поводу можем только легче вздохнуть. Как-то странно идет время, напряжение чувствуется даже в стрелках часов…
Настроение портит под окнами время от времени проходящая военная техника: легкие танки и грузовики с надписью “люди” … “Военные маневры” на улицах Вильнюса и правда начались. Занят Дворец прессы, там даже есть раненые. Танк, отмеченный 13 номером, раздавил грузовик, везущий игрушки. Ужасно выглядит кукла в белом платье под гусеницами. Все происходит, как на шахматной доске, черные фигуры сбивают белых, занимая их места. Спортклуб “Витис”, Департамент Охраны края (Министерство обороны, - ред.), даже железнодорожный вокзал оккупированные. До того мне это слово было понятно только с рассказов. Теперь это реальность!
Звоню приятелю журналисту, корреспонденту “Штерн” в Москве и приглашаю приехать. Неизвестно, что здесь еще произойдет. Петер Беер в тот же вечер, то есть 11-ого января, выезжает в Вильнюс.
Во Дворце Верховного Совета журналист исчезает в толпе молодых литовских добровольцев – защитников Парламента. Они сидят здесь же, в фойе, у некоторых есть кое-какое оружие, у некоторых – только металический стержень. Но они решительны и готовы на все... Интервью от одного к другому, вопросы, вспышки фотокамер. Петер погружается в работу. Я опять возвращаюсь к своим солдатам. Вижу, как кардиохирург Антокальнисской клиники несет большую сумку.
– Собрали все, что нашли в Обществе охотников, – обьясняет он. Знаю, что это не грибы и не ягоды…
– Будем защищаться, – говорит доктор, даже не предчуствуя пророчество своих слов…
Выйдя из кабинета, я вижу людей с радиоприёмниками, слушающих новости. Чем дальше, тем известия хуже. Но радуемся первой газете “Свободная Литва”, совместно выпущенной всеми редакциями.
Поздно вечером возле Парламента уже стояла тысячная толпа. Горели костры, хотя шел небольшой снег и был мороз, погода не была суровой. Проезжая мимо ТВ башни, издалека было слышно песни и веселые звуки аккордеона.
Только вошла в дверь, зазвучал телефон.
– Это из штаба, свяжись с Министерством внутренних дел, передай информацию.
На коленях появился большой блокнот, который не выпускала из рук всю ночь…
– Говорит Йонас Гечас. Прошу быть готовой в любой обстановке передавать информацию, – вдруг чувствую себя, как на поле боя, в тесном окопе, только пока не стреляют…
Вдруг начинают дребезжать окна, дрожит пол от странного и страшного шума. 1 час 25 минут! Это время фиксирует жизнь до того и после. От страшного удара с рождественской елочки падают игрушки. Еще один взрыв и слышу, как разбивается окно в кухне. С криком прибегают дети. Я их обнимаю, словно так могла бы их защитить от того, что происходит за стенами дома. Опять звонок телефона.
– Хочу попрощаться, – говорит полковник Алгимантас Ваиткайтис. – Неизвестно что еще будет, я не только военный, я еще и доктор. Иду готовить операционную и прочие помещения для первой помощи в Парламенте. Спасибо за все!
Короткие гудки в трубке и потемневший экран телевизора срывает последнюю надежду. Пытаюсь успокаивать детей, а выстрелы не смолкают, они совершенно рядом. Дрожат дома, дрожит город, дрожат наши жизни и судьбы…
Продолжаю выполнять задачи телефониста. Звонок туда, звонок от-туда… говорю, не узнавая своего голоса, какого-то неживого и чужого…
А люди бегут, как ни странно, не от башни, а к ней! Хотя известно, что уже есть раненые и погибшие! Ах ты, моя Литва! Кто я без тебя, что ты без нас!
Тишина. Она очень выразительна, когда за окном слышна канонада. И опять телефон, и опять разная информация. Пытаемся найти радиостанции. И вдруг первые литовские слова в эфире: “Говорит Литва!” . Ставлю кассету и записываю эти крики миру, как будто последний тестамент. На рассвете брат с женой готовятся ехать в Каунас, поскольку и там неизвестное положение. Их дети остались дома... Как в ссылку, быстро собираю своих детей, болезненно, с большим трудом прощаюсь. Вижу, как за одну страшную ночь беззаботное их детство поменялось в понимание реальности.Выхожу на балкон. Солнечное утро воскресения. Улицы пустые, словно все вымерли. В сердце что-то оборвалось. Уже не больно, потому что болеть нечему…Вешаю на веревку флаг, перевязываю его чёрной ленточкой и ухожу. 13-ое Января”!
${gallery:b81a7fd742b49f76b56195e6f7eb4de6}
Джерело – Вгору
