Как в известном анекдоте, у меня для вас есть плохая и хорошая новость. Не спрашиваю, с которой начать. Начну с описания места, в котором нахожусь. Опустим температуру воздуха и описание лагеря блокирующих дорогу во временно оккупированный Крым (о последнем в следующем тексте). Расскажу, что происходит в сотне и более метров от блокпостов украинских патриотов. Оно того стоит, говорится в публикации издания Новый Регион.
Так вот, Украина тут только переночевала. Село Чонгар, если не брать в расчет манеру одеваться, придорожные кафе с небольшими, как для Киева, ценами и рынком на трассе — зело совок конца 80-х. Ну, ясно, что гаджеты можно встретить и тут.
Идешь вглубь территории и вспоминаешь себя подростком, когда ездил к бабушке в деревню. Есть очень ухоженные дома. Гастрономы. А есть… Рухлядь рухлядью. Но то такое… У села этого богатая, как выясняется, история (пересказываю легенды, немного сверяя с Википедией). Настолько богатая, что никто точно не может ответить на вопрос о происхождении слова «Чонгар».
Ошибаются те, кто считает это слово крымскотатарским. Опрошенные представители данного народа отрицают такую возможность, не споря в принципе с тем, что слово может иметь тюркские корни.
Славяне, что обитают тут, те, кто вообще пытаются отвечать, говорят варианты значений слова от «Мертвая земля» до «Мир вашему дому».
В первой половине 21 века, до и сразу после Второй Мировой, тут был совхоз «Соцпуть», подававший большие надежды в деле движения к коммунизму. Затем, вроде в конце 70-х, его называли почему-то «Грузией» в знак благодарности, что где-то в Грузии назвали колхоз «Украиной».
Так или иначе, но коллективное хозяйство добилось почетного звания «колхоз — миллионник», о чем люди в возрасте, очевидно, не забыли. И, хотя с момента обретения независимости все называлось уже в соответствии с названием села, следы былого относительного достатка видны и поныне. Не так много все-таки сел на 500 домов… Многие из них, повторимся, вполне ухоженные. Бегают ребятишки, и даже ходит нераздолбанный автобус от школы, отнюдь не напоминающей хижину Дяди Тома.
Зайдя в местное кафе в метрах 300 от трассы, просим официанта ответить на вопрос: «Как вы относитесь к блокаде Крыма?». Собственно, вопрос возник из рассказа коллеги, ехавшего в Чонгар с Геническа на такси. Водила рассказал, в частности, что живут тут с трассы. И ранее до оккупации полуострова за летний сезон зарабатывали столько, что хватало на покупку очень приличной иномарки. После прихода «зеленых человечков» в АРК доходы, конечно, уменьшились, но все одно жить можно очень неплохо.
Отметим, что торговые ряды тут действительно производят впечатление. Такой выбор рыбы лично я видел только непосредственно в АРК. Ну и всяких мелочей тоже достаточно. Но не рейндж-ровер же…
- Не знаю, я на дорогу не выхожу, — официант категорична, отчетливо дает понять, что говорить с ней можно только в рамках заказа в ее торговой точке.
Движемся по селу дальше. Наблюдаем развалины, некогда бывшие миллионником. Общеизвестным тут считается, что некогда преуспевающее хозяйство разворовал-разрушил экс-руководитель. Обойдемся без конкретной должности и фамилии, ибо речь не о нем, а об условиях, в которых живут местные люди.
Тот же вопрос.
- Все хотят кушать
- Но ведь там людей пытают, сажают, арестовывают. Вам все равно?
- У меня дочь в Симферополе живет.
- То есть, вы не против происходящего в Крыму?
- Все люди, все хотят жить.
- Человека с оружием, пришедшего на вашу землю, вы считаете оккупантом?
- Да. Но это все сделали политики.
Вот квинтэссенция наших разговоров с местными.
- Как вы относитесь к бывшему руководителю?
- Cогласен, разворовал, сбежал в Крым, — говорит один.
- Он работу давал, — говорит другой.
- К россиянам изменилось отношение с марта прошлого года?
- Мы не хотели, как в Донбассе, и хотим кушать.
Итак, перед нами «вата». Они просто хотят есть. Им все равно, какая власть, какие флаги, что кого-то убивают, пытают, обыски, аресты. Это не с ними. Они просто хотят есть. И не любят принципиальных. Это плохо. Но они неспособны к протестам, лишены воли. Это хорошо. Но разве мало было таких на Донбассе? Война закончится. Они останутся. Хорошо это, плохо? Лично я не знаю.