«Силы у меня уж не те, что прежде, – говорит старик Дорсет, – но думаю, что за десять минут могу вам ручаться. – Этого довольно, – говорит Билл. – В десять минут я пересеку Центральные, Южные и Среднезападные штаты и свободно успею добежать до канадской границы». Кто же не помнит наизусть эту фразу из новеллы О. Генри «Вождь краснокожих»? Не могу поручиться за моих попутчиков, которые брели вместе со мной по раскаленному асфальту с чемоданами, сумками и рюкзаками эти самые десять минут от материковой Украины до «нового» Крыма, но я, еле переставляя ноги, слова Билла повторял как мантру.
Наверное, причиной моих мучений были два арбуза под мышками. Проклятая украинская домовитость сыграла со мной злую шутку. Когда водитель маршрутки Херсон-Чонгар притормозил у кургана арбузов на обочине, я, залюбовавшись статной дивчиной в вышиванке, торгующей кавунами, вдруг сообразил, что, произнеся слово «полтора», девушка имела в виду цену в гривнах. В переводе на российскую валюту арбузы стоили 3-4 рубля килограмм! И если учесть, что в Симферополе я накануне отчаянно торговался на Привозе с оптовиком, демпингующим потекшими арбузами по 19 рублей за кило… В общем, та часть моей крови, которая досталась мне от украинских предков, взыграла – и я, не имея никакой тары, купил два десятикилограммовых красавца, выложив за эту радость всего лишь 30 гривень (80 рублей). То есть в четыре-пять раз дешевле, чем если бы я купил арбузы в родном городе.
До Херсона меня из Симферополя довезли на машине друзья, обратно я добирался самостоятельно. Едущих на машине «граница» – и российская, и украинская – просто пережевывает, во всяком случае, потратив всего три часа на проезд обоих постов, мы себя чувствовали выплюнутой жвачкой. Общее ощущение – что пограничники и таможенники двух стран, которые находятся не в лучших отношениях, работают в одной команде. И если российские таможенники фильтруют товары, то украинские погранцы прессуют людей.
Про невозможность вывоза из Украины ребенка на родину в Крым без доверенности второго родителя уже много говорено. Но это писанный закон. А вот когда впереди стоящий «Фольксваген транспортер», благополучно прошедший российский пост, украинский пограничник выдергивает из очереди и начинает объяснять, что если минивен восьмиместный, то налицо перевозка пассажиров, а это запрещено постановлением Кабмина и автомобиль пропущен в Украину не будет – то тут просто оторопь берет. Как же так можно, взывает к лучшим чувствам водитель, мы же свои! Ничего, говорят, на обочину машинку отгоните пока. Предметно начинаешь понимать, что из Украины крымчан как бы выдернули, а обратно уже не берут. А если и пускают, то как прокаженных, требуя справки, анализы и помещая в карантин.
Ну, нашим людям к справкам еще со времен совка не привыкать, пассажиры «Фольксвагена» собрали свои паспорта в стопочку и, нарисовав на бумажке генеалогическое древо, стали эмоционально доказывать пограничнику, который в своем камуфляже на этой жаре уже даже не потел, а просто дымился, что из восьми пассажиров минивена семь находятся в кровном родстве, а восьмой является кумом водителю, поэтому налицо семейная поездка, а вовсе никакая не перевозка пассажиров. Пограничник, похоже, обрадовался благополучному разрешению конфликта и сказав: «Ну, если у вас такая семья хорошая, счастливого пути!», – пошел к следующей машине.
После таких впечатлений необходимости возвращаться из Херсона общественным транспортом я даже обрадовался. Оказывается, ходит множество автобусов по маршруту Херсон – Симферополь и, соответственно, обратно. И никакое напряженное международное положение тут не мешает – один автобус идет до «границы», оная переходится пешком, а на той стороне поджидает похожее транспортное средство. Стоит это, правда, подороже, чем рейсовое сообщение, но выбора большого у людей нет. Из Херсона в Симферополь добраться стоит 400 – 500 гривен (1200 – 1500 рублей), из Симферополя в Херсон – где-то так же. Ездят и легковые машины, но это, как вы понимает, дороже раза в полтора. На своей машине с недорогим российским бензином выходит как бы дешевле, но совершенно непредсказуемая автомобильная очередь, которая, даже если повезет, займет два-три часа, выжимает все силы.
Так что, если погода позволяет и не нужно везти что-то тяжелое, выгоднее, на мой взгляд, эти десять минут от (де-факто) границы до (де-факто) границы идти путем Билла – то есть пешком.
Несколько общих впечатлений: российские пограничники не так запалены, как украинские. Во-первых, их больше, во-вторых, условия труда у них получше – есть помещения с кондиционерами, обозначены и оборудованы несколько коридоров для прохода-проезда туда и обратно, свежий асфальт. На украинской же стороне невнятная очередь в две колонны, паспортный контроль – будочка с окошком, таможенники только машины смотрят, вещи их не заинтересовали. Хотя, возможно, и есть оборудование где-то, но, чтобы проверяли – не видел. Вот у россиян – и рентген для багажа, и пройти нужно через турникеты внутри щитовых домиков. Ну, и общее, к сожалению, для обеих «границ» – все неимоверно загажено: дорога, обочины, то есть все, что не приказал подмести прапорщик.
В общем, чемодан без ручки в тот момент показался бы мне божией милостью по сравнению с моим совершенно нетранспортабельным багажом.
Кстати, достаточно было украинцев, едущих в Крым и обратно не по делам или к родственникам, а на отдых и с отдыха. Конечно, это их право и количество украинцев-курортников с россиянами не сопоставимо, но иногда подмывало спросить – а на похороны вы отдохнуть не ходите? Все-таки свежий воздух, тенистая зелень на кладбище, опять же на поминках можно подкрепиться простой и здоровой пищей. Выискал объявление в газетке, время и место сверил – и вперед! Не все ли равно, где здоровье поправлять? Может я и брюзжу, но когда мне недавно предложили совершенно халявный тур в Абхазию, то и в голову не пришло, что туда можно нормальному человеку на отдых ехать. Даже аналогию затруднительно подыскать, ну, это, примерно, как отправиться по горящей путевке в полет по спутникам Марса, пусть даже и в бархатный сезон. Не человеческое это дело…
У украинцев – бетонные блоки, поставленные на дороге в шахматном порядке, у россиян – ворота и шлагбаумы.
Идя по коридору для пешеходов в российской зоне, чувствуешь себя львом, выходящим на арену цирка. Хотя, если присмотреться к колючей проволоке на изоляторах во втором ограждении, то понимаешь, что цирк очень легко трансформируется в концлагерь. Примеры в истории уже были, тот же стадион в Сантьяго. И поневоле торопишься выйти наружу. Но иногда, где-то в закоулках мозга, проскальзывает опасение – а вдруг этот зарешеченный коридор не кончится? Странная, конечно, мысль. Но зарешеченных коридоров в Крыму с каждым днем все больше.
Я уже писал, что с приходом России все чаще жизненное пространство ощущается как-то по тюремному, ну и прямых ассоциаций все больше, тех же рамок для досмотра, металлических ограждений на площадях во время детских праздников и просто колючей проволоки. На украинской стороне границы, в свою очередь, полный бардак и свалка, но нет никаких заборов. И идут люди не по зарешеченному проходу, а по обочине дороги. Комфорту поменьше, но по тюремному комфорту я как-то еще не соскучился.
И если украинский пограничный пункт напоминает заброшенный полевой стан, то на что похож российский – смотрите сами.
А это очередь из желающих попасть в Украину перед российским паспортным и таможенным контролем. Кстати, российские таможенники очень придирчиво проверяют всех с украинской стороны, кто им кажется потенциальным коммерсантом-коробейником. При мне не пропустили молодую пару с чемоданом и большим полиэтиленовым пакетом. Из чемодана таможенник вывернул кучу каких-то пестрых трикотажных вещей и заявил парню, что это товар. Пакет девушки даже смотреть не стал, крикнул пограничнику на паспортном контроле, чтобы тот оформлял возврат пары. Но на мои арбузы служивый внимания не обратил, хотя ввезти можно только 5 кг растительной продукции. Видимо, в коммерсанты меня не возьмут, видом не вышел.
Но крутейшая оборудованность российской границы заканчивается там, где начинаются простые житейские потребности людей. Придорожные кафе с обеих сторон границы выглядят примерно одинаково. Вот это уже на территории «нового» Крыма.
Странная, в общем, эта типа граница. И не граница как бы, и нет ее тут для всего мира, и сам Гугл ее не признает, а жить мешает сильно.
Я бы назвал эту «границу» не российско-украинской (тем более что в этом термине много спорных моментов), а украинско-советской, потому что, возвратившись в Крым из далеко не благополучной и совсем пока еще не европейской Украины, сразу чувствуешь гниловатый душок Советского Союза. Но это отдельная тема.
Кирилл Автохтонов, блогер, крымчанин
