После того, как российские войска отошли к административной границе с Херсонской областью, у жителей Чонгара добавилось хлопот. Им приходится убирать мусор в буферной зоне, которая освободилась. По словам председателя сельского совета Татьяны Билецкой, в первый день в уборке приняло участие только 6 активистов, во второй – уже 25.
В основном, сотрудников сельского совета, детсада, школы и коммунального предприятия. То, что они при этом испытали, говорят, не пожелают никому. Во-первых, их удивила реакция пограничников.
– Тут к нам мусорщики пришли, – отрапортовал начальнику в трубку дежурный пограничник.
– Мы не мусорщики, а из сельсовета, – возмутилась Татьяна Билецкая.
– А, их председатель сельсовета направил…
– Так я и есть председатель!..
Мусор в буферной зоне оказался оригинальным. Туши животных, коровьи головы, тюлька, паки зелени… Запах гнилой плоти не давал дышать.
Пограничники “подбадривали”, что “уборщикам” еще повезло, что мартыны (кто не знает, это морские хищные птицы) съели весь брошенный ливер. О происхождении этих гор гниющего мяса существует два варианта. По одной версии, это товар, который пропустили украинские пограничники, но задержали россияне. Водители вынуждены были “разгружаться” прямо в буферной зоне, чтобы въехать назад в Украину пустыми. По другой версии, это продукция крымской марки “Дружба народов”.
Так или иначе, но чонгарцам пришлось очень нелегко. “Когда мы вернулись домой, было желание сжечь одежду и помыться с хлоркой”, – рассказывает участница уборки, заведующая детским садом Наталья Кириченко. Несмотря на это, она с односельчанами вышла и на второй день. У ЧАП “Чонгар” попросили экскаватор, дабы облегчить уборку, однако он сломался. Работают люди с неважным настроением. Во-первых, боятся “подцепить” какую-нибудь болезнь. Во-вторых, с опаской ждут весны, когда “аромат” усилится и распространится более широко.
Возвращаясь к версиям, чонгарцы уверяют в одном – в ситуации виноваты пограничники. Они не могли не видеть, как в 2-3 м от них выгружают товар. Недовольны жители села и поведением пограничников в центре села, где им для проживания выдели брошенное здание интерната. Пограничники сделали там внутренний ремонт, вставили металлопластиковые окна, смонтировали отопление. Всё хорошо, беда только в одном – интернат находится в одном дворе со школой. И дети ходят на уроки, минуя колонны военной техники и видя людей с оружием. Говорят, даже был случай, когда “погранец”, делая покупки в магазине неподалеку, оставил там свой автомат, а детвора принялась изучать его строение. Закончилось всё хорошо. Пока. Недовольство чонгарцев вызывает и то, что пограничники “летают” по селу на крутых иномарках. “Пришли бедные, мы им помогали, чем могли, – рассказывает один из депутатов сельсовета. – А потом, когда очереди фур стали продолжительностью до Сальково (14 км – авт.), они вдруг резко стали богатеть. И теперь уже они нами управляют”.
Но больше всех на свете жители села не любят (я бы даже сказал, ненавидят) того, кто придумал аннексию Крыма. И хотя слова известной песни о нём на ожидалке закрасили, они постоянно приходят на ум. Например, когда узнаешь, что в связи с аннексией в Чонгаре не работали рынки и не было поступлений в сельский бюджет. Тяжело чонгарцам и смотреть на нынешнюю процедуру пересечения границы. Людей к ней подвозят автобусами и на такси. Они регистрируются у украинцев и дальше 3,5 км идут пешком к россиянам. “Пришлось видеть картину, как границу пересекала мама с ребёнком лет трёх-четырёх, с горечью вспоминает Татьяна Билецкая. – Женщина тащила тяжёлую сумку на колёсах, а ребёнок не хотел идти и плакал”. А вот машины с украинскими грузами по-прежнему едут в Крым. Фуры, как и раньше, идут вереницей (это удалось запечатлеть на фото). То, что в крымских супермаркетах продают украинские продукты, мне подтвердили знакомые из Севастополя. Значит, всё-таки проезжают. Значит, меньше мусора в буферной зоне придётся убирать чонгарцам. И то хорошо…
Андрей Бейник, Вгору