Запрет действовал не только на самих спецпереселенцев, но и их потомство. Кроме этого, они не имели общегражданских паспортов, не могли голосовать на выборах, не имели права покидать место ссылки. Раскулаченных граждан с клеймом «спецпереселенца» советская власть считала недостойными для службы в Красной Армии.
В некоторых военных округах с 1939 года все-таки стали призывать на службу спецпереселенцев. Этот факт подтверждается историей кыргызстанцев, призванных служить в Рабоче-крестьянскую Красную армию в свое время из села Кун-Туу в Сокулуке. Среди них была и семья мельника Коробова, сосланного в Украину из Кыргызстана. Вспоминает внук «кулака», а ныне ученый-социолог из Херсона Владимир Коробов:
- Моего отца призвали в армию в 1939 году из Скадовского военного комиссариата. Оттуда всех отправили на финский фронт, на север страны, где шла зимняя война. Отец после финской войны сразу же попал на Вторую мировую войны. Там попал в плен. Сначала он попал в лагерь для военнопленных в польском городе Белый Подляск. Сколько он пробыл в немецких лагерях, я точно не знаю. Его освободили американцы. У отца была возможность остаться на Западе, но он предпочел вернуться назад в СССР.
Здесь уместно напомнить о трагической судьбе другого нашего соотечественника Асанкана Жумакматова, который вместе с матерью и двумя братьями был также сослан в Скадовский район Херсонской области в Украине. Отец Асанкана – Жумакмат Чалов пропал без вести после ссылки в Сибирь в 1928 году. Средний сын Жумакмата – Намасхан погиб на фронте через два года после призыва на службу в 1939 году. Старший сын Жумакмата – Муратхан погиб в 1943 году во время освобождения Украины. Младший из сыновей Жумакмата – Асанкан, как и его братья, пошел добровольцем на фронт в 1941 году.
По словам 89-летнего жителя украинского села Виноградово Федора Никишенко, и остальные кыргызстанцы не остались в стороне, когда началась Вторая мировая война, и пошли на фронт защищать Родину от фашистских захватчиков.
По приблизительным данным, во время национальной переписи в 1937 году стало известно, что население СССР сократилось на 8 млн. человек в результате сталинских репрессий и массового голода из-за принудительной коллективизации. Что сильно отразилось на численном составе Красной Армии, фактически стало не хватать военнослужащих. Фашистская Германия в 1939 году захватила Польшу, вплотную приблизившись к западным границам Советского Союза. В такой сложной ситуации советская власть была вынуждена призывать на действительную воинскую службу всех неблагонадежных, с точки зрения советской идеологии, граждан.
Через полгода, как началась Вторая мировая война, 27 февраля 1940 года Наркомат обороны СССР отправляет специальное письмо в военные округа. В нем говорилось, что необходимо взять на учет граждан мужского пола, достигших призывного возраста, из числа жителей трудовых поселений, если ранее они не были замечены в каких-либо противоправных действиях. По рекомендации военных комиссариатов данных лиц рекомендовалось призывать на военную службу в Красную армию. С этого времени сами «кулаки», дети раскулаченных граждан, ссыльные стали активно призываться в ряды Красной Армии.
В книге регистрации украинского села Виноградово за 1944-1946 годы сохранились записи о призванных в Красную Армию в 1943-1944 годах кыргызстанцах. Вот их имена:
Алымкулов Сансызбай, 1905, РККА – 1943
Аликанова Рысб?б?, 1924, РККА – 1943
Байзаков Баялы, 1910, РККА – 1943
Бердо Борис, 1926, РККА – 6.07.1943
Беспалченко Саша, 1924, РККА – 22.06. 1943
Гадюкин Николай, 1906, РККА – 1941
Жиданов Андрей, 1915, погиб 21 ноября 1944 года в результате ранения.
Жданов Николай, 1924, РККА – 1944
Жданов Виктор, 1926, РККА – 1944
Жданова Елена 1922, Жданов Леонид 1921.
Жданова Елена 1922
Жданов Леонид 1921
Жиданов Иван, 1921, РККА – 1942
Жиданов Михаил, 1923, РККА – 1943
Жиданов Петр, 1925, РККА – 1944
Зайнидинов Ильяс, 1910, РККА
Зайнидинов Арун, 1920, РККА
Иманкулов Асанкан, 1914, РККА
Ишаев Жолой, 1908, РККА - 20.08. 1940
Мох Василий, 1924, РККА – 6. 06. 1942
Колесников Дмитрий, 1914, РККА- 6.08. 1942
Омельченко Владимир, 1924, РККА – 1942. 20-февраль
Омельченко Василий, 1908, РККА – 1942. 20-июнь
Омурзаков Билалы, 1923, РККА – 1943
Ормонкулов Уридин, 1900, РККФ
Урбаев Уркалый, 1915, РККА
Уркунбаев Касымалы, 1900, РККА – 1943
Чойбеков Бейшеке, 1924, РККА – 1943
Чынкожоев Касымбек, 1913, РККА 13.03. 1942
Отец Коробова после возращения домой из фашистского лагеря для военнопленных не сразу попал домой, как большинство советских граждан, поневоле судьбе оказавшихся в плену во время Второй мировой войны. По рассказам родных, он не любил вспоминать это время.
«После полного освобождения он много лет проработал директором сельской школы. Его наградили орденом Ленина. Но при этом он был беспартийным. Ему очень помогало в жизни, что у него еще был орден Красной Звезды», - вспоминает Владимир Коробов.
Если Кузьма Коробов с лихвой хлебнул в фашисткой Германии, то его родной брат Николай Коробов дошел до самого Берлина, участвуя во Второй мировой войне:
- Николай Артемович - мой дядя по отцовской линии. Дядя Коля также вырос в спецпоселении Сергеевка. Он вместе с ребятами кыргызами воспитывался в детском доме в Новой Маячке. Николай Артемович дошел до Берлина, потом остался служить в Группе советских войск в Германии. Он дослужился до заместителя командира полка по инженерной части. После выхода на пенсию стал работать на одном из заводов города Бердичева Житомирской области. Сейчас ему 85 лет.
Сегодня один из представителей семьи Коробовых Владимир Кузьмич Коробов преподает в Херсонском национальном техническом университете. Он занимает должность профессора, возглавляет кафедру социологии и философии и очень гордится тем, что его семья родом из Кыргызстана. В интервью «Азаттыку», вспоминая историю своей семьи, он рассказывал о том, как в дальнейшем все это отразилось на его судьбе:
- Думаю, если все решалось исходя из моих профессиональных и личных качеств, все сложилось бы по-другому. Наверное, это относится не только ко мне, не правда ли? В 1981 году мне предложили работу в ЦК ВЛКСМ. Я думал, что теперь буду работать в Москве. Но по политическим мотивам меня не взяли туда. Они официально отказались назвать причину, просто пожали плечами.
Несмотря на то, я всей верой и душой был советским человеком, думаю, они мне отказали как политически неблагонадежному гражданину. Я никого не ненавидел. Тем более не собирался мстить кому-то. Никого не считал виновным. Но я был в курсе того, что миллионы советских граждан пострадали от властей. К сожалению, судьба, оказывается, бывает разной.
У двух сыновей спецпоселенца Кузьмы Коробова по-разному сложились судьбы. Один, обласканный властями, смог дослужиться до заместителя командира полка, а другой несколько лет бесценной жизни провел в лагерях нацистской Германии.
Амирбек Азам уулу, "Свобода"
