Хотел написать что-то о запрещённом у нас Вконтактике. Но, наверное, сначала напишу о ценностях. Потому что речь, на самом деле, о них, а не о вконтактиках.
Именно в них наш главный затык и вокруг них вьётся этот — и не только этот — срач.
Идеологическая сторона вопроса
Современные философия и социология часто дробят ценности общества на две большие группы. Ценности выживания и ценности самовыражения. Survival values vs. self-expression values.
Первые — это ценности, нацеленные на физическое выживание особи и группы. Это осторожность, подозрительность, цинизм, семейно-клановое мышление, готовность воспринимать те или иные ограничения. Грубо говоря, акцент ставится на сохранение, безопасность, стабилизацию.
Вторые — ценности, направленные на общественное и личное развитие. Это доверие, идеализм, космополитизм, нетерпимость даже к тем запретам, которые лично тебя никак не задевают. Акцент — на свободу действия.
Если будете гуглить — лучше ищите англоязычные источники. Ибо в наших широтах это деление обретает совсем уж черно-белый вид. Мол, первая группа — зло (и совок), вторая — добро. Это далеко не так, хотя среди определённой публики часто принято в это верить.
На самом деле ни одна из этих групп ценностей не хуже другой, они вполне равноценны. Просто одна может быть уместнее другой. Все зависит от контекста, в который попал человек или общество, и целей, которые перед ними стоят.
Например, допустим, вы кроманьонец Ыыых. И к вашему племени приближается вооруженная группа неандертальцев. Ценности выживания подсказывают вам побыстрее найти палку подлиннее. Ценности самовыражения — принять гостей такими, какие они есть, уважительно отнестись к их культурным особенностям и различиям между вами и получить копьё в голову. Или, вот, например, у вас на дворе 1917 год, а вы — респектабельный социал-демократ или социал-революционер у руля Украинской народной республики. Как пацифист и поборник ценностей самовыражения вы распускаете армию, доверяя идеологическим партнерам по левому лагерю в Петрограде и веря в новую эру для Восточной Европы и человечества. Дальше вы знаете — ну ровно тот же случай, что с неандертальцами.
Но возможен и другой пример. У вас на дворе 1990-е, и вам в руки попала страна, только что вышедшая из соцлагеря. Будут доминировать ценности самовыражения — получите Польшу, сильнее будет нотка выживания — Украину, ещё сильнее — Россию, ещё сильнее — Туркменистан.
Но, наконец, возможен и третий. Вы решили имплементировать в политике ценности самовыражения, включающие доверие к партнерам и соглашениям. Подписали Будапештский меморандум и начали сокращать армию. Спрашивается, кто у мамы лох?
Кстати да. Встреча лоха и кидалы — это часто встреча двух ценностных групп.
Дело не в том, что одна группа хуже, а другая лучше. Дело в том, что нужно знать, когда говорить, а когда драться, когда быстро плыть кролем, а когда беречь силы, переходя на брасс.
Но иногда возникают гибридные, пограничные ситуации. Например, когда в одном обществе оказываются люди с одним и тем же бэкграундом, но с разными ценностями.
Почему так происходит? Разный опыт. Например, я пошёл в армию. А Бодя Кутепов не пошёл. Бэкграунды у нас схожи вплоть до того, что мы учились в одной группе университета, но оценки ситуации уже очень разные. Просто в моем мире намного больше войны. У кого-то дедов дом остался в Яготине, у кого-то — в Джанкое, а у кого-то – в Докучаевске, и не дедов, а свой. Вот такие вот гибридные расклады.
Именно поэтому я вполне сознательно, ручками, зная все эти умные слова, сдвинул тумблер терпимости с положения «ближе к self-expression» на положение «ближе к survival». Необходимость этого подсказал мне мой опыт. Я видел не только неандертальцев, но и что случается с головами, в которые прилетают копья.
А кто-то не видел. И этим кем-то мог бы быть я, если бы обстоятельства сложились иначе. Поэтому я его хорошо понимаю. Ведь с их точки зрения это я поехал крышей — например, выступая против допусков журналистов на передовую или за пристальное внимание спецслужб к финансированию отдельных медиа и заявлениям отдельных личностей.
Поэтому у одних людей возникает искреннее непонимание, как можно было запретить Вконтактик.
А у других возникает искреннее непонимание, как можно было запретить Вконтактик только на третий год войны.
Эти люди могут ходить по одним и тем же улицам, сидеть в одних и тех же офисах, состоять в ближайших родственных связях. Между висящими на пабликах ВК детьми и их отслужившими родителями могут пролечь бездны непонимания. По иронии судьбы — именно потому, что родители берегли детей от войны.
Это всё, что я хотел сказать об идеологической стороне вопроса. Здесь не получится договориться или перекричать друг друга. Изначально разные вводные делают дискуссию бессмысленной. Аргументы сторон понятны и, в обоих случаях, справедливы. Да, любой запрет — это плохо. Да, государство вообще не должно лезть в выбор гражданами частных сервисов. Да, враждебное нам государство использует эти сервисы против нас. Да, как пропагандой, так и кражей информации. Да, хорошо бы, чтобы граждане сами это поняли, а не были бы цинично нагнутыми правительственным решением. Да, пока все отрастят себе понималку, произойдет ещё много трагедий и много народу поляжет. Все правы. И сторона выбирается, лишь исходя из опыта.
Как правило, травматического.
Практическая сторона вопроса
А вот здесь хочу рассмотреть некоторые нюансы без идеологических оценок.
Правда ли, что запрещённые указом президента сервисы — под контролем у ФСБ?
Да, с уточнением, что не только у ФСБ, а у целого ряда российских госслужб. Да. Информация, которой вы обмениваетесь там, всегда может попасть в руки к тамошним сотрудникам. Собственно, мы все помним, как ФСБ де-факто отжало Вконтактик у Дурова. Сложно говорить также о безопасности российских антивирусов.
Правда, иной раз это работало в обе стороны: наши хакеры тоже ломали отдельные странички, а украинский OSINT (разведка открытых источников) и вовсе обогатил гаагские архивы именно за счет любви российских военных пилить сэлфики. И именно во Вконтактик, а не в Инстаграмм.
Правда ли, что через российские соцсети шла планомерная пропаганда?
Да. В пабликах вроде MDK это было вполне себе заметно: время от времени среди мемасиков вбрасывались «идеологически правильные вещи». Вообще российские ресурсы в этом плане токсичны: даже когда они не хотят это делать, они это делают просто в силу очень специфической картины мира у себя в голове. После того как мне показали «разгромный обзор «Company of Heroes 2» от Bad Comedian с гениальной аргументацией в духе «в игре эксплуатируют миф про одну винтовку на троих, хотя на складах в 1941-м были миллионы единиц оружия», мне очень хотелось бить его по голове гвоздодёром, приговаривая «на складе в Химках лежит пятьдесят тысяч автоматов — отстреливайся, отстреливайся!»
Про Одноклассники и речи не идёт: уютный заповедник с мягкими ватными стенами.
Поможет ли запрет пресечь их деятельность в Украине?
Лишь отчасти. Блокирование сайтов всеми провайдерами воплотить будет не просто и не быстро. Вдобавок оно легко обходится техническими средствами, начиная с VPN и заканчивая зеркалами. Но одно дело — ходить через VPN на любимый паблик, другое — каждый раз проверять через него почту. Уж проще переползти на Gmail или Ukr.net. А вот разным там Яндекс-такси придёт ценный пушной зверек.
А где же, а как же?
Серьёзный вопрос встаёт относительно замены 1С. Настолько, что автор этих строк не уверен, что он действительно будет имплементирован.
С остальным проще: есть аналоги, и часто более качественные. Музыку — на SoundCloud, например. Такси — Уклон и Убер. Карты — Google. Антивирусы — тысячи их, от AVG (голландцы) до NOD (словаки). Соцсети — Facebook. Электронная почта — где угодно. У нас пользовались российскими сервисами скорее по инерции, тянущейся ещё с 90-х годов, если не с фидошных времён. Рано или поздно мы всё равно переползли бы из Рунета в мировой океан интернета. Просто война вынудила сделать это быстро и болезненно, а не медленно и печально.
Ну что ж, спасибо кремлевским звёздам.
Джерело – Вгору
