В Варшаве 24 апреля при участии различных стран и международных организаций состоится польско-украинский форум по развитию сотрудничества в вопросах сокращения химических угроз, уровня химической безопасности и защиты, а также добровольческой пожарной службы. Эта тема чрезвычайно актуальна в свете недавних химических атак в Сирии, а для Украины - с точки зрения кризисных ситуаций, в частности пожаров на важных объектах.
Существуют ли подобные проблемы в других странах, как там налажена система химической и экологической безопасности? Польским опытом заботы об экологической и химической безопасности, а также перспективами сотрудничества в этой сфере между Польшей и Украиной в интервью собственному корреспонденту Укринформа рассказал директор Международного центра химической защиты и безопасности (ICCSS) в Варшаве, польский дипломат Кшиштоф Патурей.
- Господин председатель, расскажите о цели и программе украинского-польского форума?
- Его основной идеей является развитие сотрудничества между Украиной и Польшей и международными партнерами в широком значении в сфере химической безопасности. Организаторами конференции с польской стороны является Международный центр химической защиты и безопасности (ICCSS) в Варшаве и главный инспектор охраны окружающей среды Польши, а с украинской – Украинский союз пожарной и техногенной безопасности. Мы решили, что необходимо вместе обсудить снижение угроз и развитие сотрудничества в химической сфере, а также развитие системы добровольческой пожарной службы в Украине, которая является элементом децентрализации - переносом на региональный и локальный уровень ответственности за гражданскую оборону и противопожарную защиту.
Химические и экологические угрозы – распространенное явление, они существуют по обе стороны границы. Мы убеждены, что развитие сотрудничества также является лучшим ответом по ограничению этих угроз.
- Когда началось сотрудничество с украинской стороной?
- Пять лет назад. С тех пор как начал функционировать Центр в Варшаве, одним из первых мы реализовали проект сотрудничества с украинскими экспертами с участием НАТО. Более тесное сотрудничество с Украинской началась в 2016 году, когда мы организовали обучение украинских партнеров из сферы химической и экологической безопасности.
Польско-украинское сотрудничество в сфере химической безопасности даже стала известной моделью для подражания в Европе, что подчеркивают различные международные партнеры. Варшавскую конференцию будет вести координатор проектов ОБСЕ в Украине Вайдотас Верба, что демонстрирует активное привлечение к нашему сотрудничеству международных организаций.
- Создание добровольческой пожарной службы является новым явлением в Украине. Расскажите подробнее о функционировании таких частей в Польше и о том, как Варшава планирует помогать Украине в этом деле?
- В Польше функционируют части государственной пожарной службы, то есть профессиональные спасатели. Наряду с ними, почти в каждом населенном пункте есть добровольческая пожарная часть (ДПЧ). Это люди, которые проживают на определенной территории и объединяются, имея в своем распоряжении соответствующую инфраструктуру и спасательное оборудование. Сегодня спасателей из добровольческих частей в Польше сотни тысяч, их можно встретить повсюду: не только при тушении пожаров, но и при ДТП, природных катаклизмах и тому подобное. Благодаря этому спасательная система действует исправно и эффективно, ведь они очень хорошо дополняют государственную пожарную службу. В то же время, в большинстве случаев ДПЧ – это также центры отдыха и встреч. В таких частях люди не только организуются для противодействия пожарам или чрезвычайным ситуациям, но и интегрируются, проводят культурные встречи.
- А кто их финансирует?
- Финансово их поддерживает государство, в том числе за работу во время различных спасательных действий. Кроме того, ГПЧ могут зарабатывать свои средства благодаря экономической деятельности – организации различных развлекательных мероприятий и тому подобное. Их также активно поддерживают местные спонсоры. Очень часто пожарный автомобиль в ГПЧ куплен частично на средства спонсоров, а частично за счет государства.
- А нет ли конфликта интересов между государственной и добровольческой пожарными службами?
- Нет. Государственные спасатели являются профессионалами, а добровольцы - вспомогательной силой. Часто они являются первыми на месте какого-то события. Кто едет на вызов - решает диспетчер службы "112". Как правило, он направляет запрос в ближайшую пожарную часть. Иногда случается ситуация, когда они работают вместе, например, если пожар очень большой. Добровольцы является частью системы кризисного реагирования страны. Другого выхода нет – нужно переносить систему на локальный уровень, когда люди самостоятельно отвечают за свою безопасность. Мы не ждем, что нас кто-то придет и защитит, а сами заботимся о своей безопасности.
Сегодня значительно расширилось понятие критической инфраструктуры. В нее входят, например, не только линии электропередач, но и станции сотовой связи, благодаря которым функционирует мобильная связь. Раньше этого не было. Если ее уничтожат, то нет связи. Поэтому, если я вижу, что кто-то бродит возле станции сотовой связи, то сразу звоню за помощью. Ведь это наша общая безопасность. Каждый гражданин должен быть ближе к ее поддержке, формировать безопасность в конкретном регионе.
- И именно это вы хотите увидеть вместе с украинскими партнерами в Украине?
- Да. Похожая система должна действовать в Украине. Децентрализация Украины заставила перенести на местный уровень ответственности за гражданскую защиту. Власть страны не сможет сформировать везде государственную пожарную службу. Ее нужно усилить добровольцами, которые будут иметь соответствующий потенциал и обучение и в случае чрезвычайных ситуаций смогут поддержать государственную службу.
В Украине при поддержке МИД Польши уже создано несколько таких частей, которые прекрасно проявили себя на местном уровне. Необходимо эти конкретные примеры обобщить и создать систему, а начинать нужно с законодательством. Ведь понятно, что вблизи крупных химических предприятий ГПЧ следует иметь одно оборудования, у крупных автомагистралей - другое, у рек – также другое.
Система ГПЧ должен учитывать местные особенности. Такого рода части – это прекрасное место для развития местной демократии. В то же время, это элемент охраны объектов критической инфраструктуры - важных заводов и фабрик, систем водоснабжения.
- Как выглядит реализация пилотных проектов в Украине?
- Несколько проектов уже реализованы - во Львове, где мы тесно сотрудничаем с Львовским государственным университетом безопасности жизнедеятельности, а также в Виннице. Сейчас в рамках польской помощи предложено создавать ДПЧ в других регионах. Но на форуме мы хотим показать международному сообществу, что это очень важное направление развития Украины, в частности в сфере гражданской обороны и химической безопасности. Поэтому, мы рассчитываем на международную поддержку, ведь это - огромные потребности: строительство инфраструктуры, покупка пожарных машин и т.п.
- О каких средствах идет речь?
- Мы оцениваем, что строительство одной ГПЧ стоить до миллиона евро, а их надо тысячи в Украине, почти в каждом населенном пункте. Проекты, которые мы инициировали, находятся на этапе переговоров по их реализации. Также мы обсуждаем это с международными партнерами, которых хотели бы к этому привлечь, в частности Евросоюз, США, международные банки. Стоит помнить, что одним из элементов развития бизнеса является наличие современные элементов защиты. Это очень важно, поскольку инвестор не должен будет вкладывать дополнительные средства в систему спасательной службы, которая очень дорогая. Наличие такой системы является очень важным элементом для привлечения инвестиций
- Вы упомянули о необходимости защиты критической инфраструктуры. В Украине есть атомные электростанции, есть много складов с боеприпасами. Недавно в Балаклее произошла диверсия, когда были взорван склады с боеприпасами, в результате чего погибли и пострадали люди. Как в этом контексте следует действовать?
- Конечно, это фундаментальное дело, поскольку в нашем регионе распространено мнение, что такие объекты охраняются высоким забором, с оружием или военными средствами. Объекты критической инфраструктуры подлежат отдельному регулированию, ведь они являются важным элементом с точки зрения химической и экологической безопасности. Это значит, что нужно вводить современные системы охраны критической инфраструктуры. И начинать нужно с соответствующих нормативных актов, ведь эти угрозы надо правильно назвать, диагностировать их, определить требования к безопасности объектов. Правительственный центр безопасности Польши уже сотрудничает с украинскими партнерами, а также подготовил публикацию по охране критической инфраструктуры в Украине, опираясь на польский опыт.
Нынешняя нестабильность, атаки против критической инфраструктуры случались и продолжают случаться регулярно, как на Западе, так и в странах третьего мира. Мы не можем воспринимать охрану критической инфраструктуры только как обязанность государства, мол, армия придет, окружит войсками и будет охранять. Охрана в определенной мере должна быть обязанностью всех заинтересованных людей, проживающих в конкретном населенном пункте.
Взрыв на складе с боеприпасами имеет катастрофические последствия не только для военной инфраструктуры, но и для людей, проживающих вокруг. Аварии на станциях очистки воды приводят не только к дефициту воды, но и к возможности утечки хлора. Авария на заводе по производству аммиака – это промышленная авария, но, прежде всего, и экологическая. В этом измерении экологические и химические угрозы идут в паре.
- Но кроме безопасности, здесь есть еще и политический элемент. Ведь иногда какое-то чрезвычайное происшествие не является каким-то стихийным бедствием, а спровоцированными кем-то – отдельными лицами или государствами - акциями. Как должны реагировать на это страны или организации, если, например, будет доказано, что к пожару на складе с боеприпасами в Балаклее причастна Россия?
- Как Центр мы подчеркиваем, что химическую деятельность следует полностью изолировать от конфликтов. Конечно, существует много международных соглашений, которые запрещают акции террора против ядерных объектов. Нужно позаботиться о том, чтобы объекты критической инфраструктуры не были предметом атак. Зато, если это случается, то на это нужно отвечать. Мы исходим из расчета: то, что мы делаем, это - для людей.
- Но мы не можем от этого уйти. Недавно в Сирии в результате применения химического оружия погибли почти 100 человек...
- Согласен. Для этого существуют международные органы, которые имеют соответствующую компетенцию. Есть Совет Безопасности ООН и тому подобное.
Что мы можем сделать как Центр? Нам нужно на уровне обществ выстроить подход, химия и экология не должны быть объектом атаки, поскольку они служат всем людям, во всех странах. Вторая задача – поддержка местного населения в предоставлении им таких механизмов, чтобы они могли действовать превентивно и реагировать на чрезвычайные происшествия. И чем лучше мы будем подготовлены, тем значительно меньшими будут шансы на любую атаку.
- Это правда.
- В Украине много химических предприятий и эти заведения прекрасно охраняются. Но есть и места, где химия лежит на открытом воздухе и неизвестно, что с этим делать. И это тоже потенциальный источник угрозы для людей. Поэтому, надо популяризировать культуру безопасности и практику, химию нельзя использовать в запрещенных целях.
Джерело – Вгору
