Григорий Янченко, 70-летний волонтер, который потерял после службы в советской армии обе ноги и пальцы рук, уже собрал почти три миллиона гривен на нужды украинской армии и намерен заниматься волонтерством до нашей победы.
"Поздравьте меня – сегодня 50 лет, как мы с женой поженились. Золотая свадьба!" - своей радостью херсонец Григорий Янченко делился… в Авдеевке, на базе добровольцев, куда лично привез капусту, лимоны, яблоки, аппарат для сварки. "Жена на вас не обидится, что в такой день вы не с ней время проводите, а на линии фронта?" - после поздравлений интересовались бойцы. "Нет, она ж все хорошо понимает, знает, что я занимаюсь полезными делами. А праздник у нас будет в выходные дни, дети приедут. Старший сын живет в Киеве, а сестра в Одессе – хотелось бы, чтобы и они приехали. Посидим, поговорим", - дядя Гриша, как называют херсонца и бойцы, и горожане, общается с нами с переднего сиденья грузового автобуса. В это время его друзья показывают ребятам, что выгружать, заодно доставая коляску и пересаживая в нее волонтера. В этой связке именно Григорий Николаевич главный. Он точно знает, что было куплено, в каком ящике лежит, какая помощь кому досталась, куда нужно ехать дальше. Несмотря на то, что у мужчины нет ног и ампутированы пальцы рук, он умудряется собирать деньги для помощи защитникам страны и покупать на них все необходимое. Дядя Гриша – уникальный волонтер.
"В ОБЩЕЙ СЛОЖНОСТИ Я ПЕРЕНЕС 34 ОПЕРАЦИИ"
- Я стал инвалидом в результате ранения, которое получил как раз перед свадьбой, - рассказывает Григорий Янченко. – И было это – представьте себе - в Чехословакии. Под Прагу я попал в 1968 году в составе ограниченного контингента советских войск, когда меня призвали в армию. Я нес срочную службу в той самой Псковской десантной дивизии, которая во время нашей войны стреляла в украинских бойцов, а это значит, что со временем СССР ничего не изменилось в соседней России - солдат продолжают посылать на чужие войны, и гибнут они, не защищая свою страну, а будучи оккупантами в чужой, куда их никто не звал. Правда, тогда, пятьдесят лет назад, я этого не понимал. И отдавал долг родине, как положено… Но по отношению к нам уже тогда вели себя так же, как сейчас Российская Федерация ведет себя со своими военнослужащими. Родным пострадавших и погибших солдат в Праге, а они были и в те времена, военкомы писали в документах: "ранен во время учений", "погиб во время учений". Все, как с сегодняшними "заблудившимися" в Украине десантниками из Пскова, Рязани, Краснодарского края… С солдат, которых посылали в Чехословакию, брали подписку о неразглашении военной тайны. Я тоже такую давал. Письменно указывал, что получил воинскую специальность гранатометчика и стрелял на так называемых "учениях" из РПГ-7, который тогда был новинкой вооружения СССР.
Ранен я был под Прагой… Мы попали под сильный обстрел, мое тело прошило множество осколков, которые врачи не рискнули вынимать.
Григорий и Тамара расписались в марте 1969 года
После мобилизации я получил специальность инженера-технолога. Причем ПТУ заканчивал… в Авдеевке. Более того, потом строил в этом городе коксохимический завод, теперь регулярно вижу, как он дымит, когда езжу к нашим бойцам. После этого работал на домостроительном комбинате в Херсоне.
В Авдеевке в день золотой свадьбы Григорий Янченко получил подарок от командира 1-ой штурмовой роты Дмитрия Коцюбайло, позывной Да Винчи, календарь. Волонтер искренне радуется, когда получает что-то в дар от бойцов
Со временем у меня началось отторжение осколков, которые раньше невозможно было извлечь из моего тела. Ситуация настолько ухудшилась, что началась гангрена. И в 1975 году мне ампутировали правую ногу. Мне сделали протез, но он был настолько тяжелый, неудобный, сползал и мешал так, что я от него отказался и ходил на костылях. В 1992 году врачам пришлось отрезать и левую ногу. В ней мелкие сосуды сузились до такой степени, что ходить было просто невозможно из-за адской боли. Я был согласен на все. И даже ампутация меня не пугала – главное, просил врачей, избавить меня от мучений. После этого я и сел в инвалидную коляску… Затем начали удалять пальцы на руках. В общей сложности я перенес 34 (!) операции.
Ну а как приспосабливался с этим всем жить? Вернее, без этого всего? Старался все делать сам, несмотря ни на что. Не хотел быть обузой. Поэтому приспособился подниматься в квартиру на третьем этаже пятиэтажки на руках и спускаться вниз. На культи рук надеваю рукавицы, нижнюю часть туловища "пакую" в большой полиэтиленовый пакет и так сползаю по ступеням. Жена, Тамара Ивановна, выносит или поднимает коляску. Так и живем.
Дядя Гриша с супругой дома
"ДА БУДЬ У МЕНЯ ХОТЬ ОДНА НОГА, Я БЫ ПОШЕЛ НА ФРОНТ"
- Вы подсчитывали, сколько денег вам удалось собрать за все время вашего волонтерства?
- На данный момент около трех миллионов гривен. Первые сто тысяч собрал с апреля по август 2014 года, в ноябре было уже 250 тысяч гривен. Более активно народ начал помогать после того, как я поставил рядом с собой стенд с фотографиями с фронта.
На границу Крыма с Херсонской областью ранней весной 2014 году бросили 79-ую и 25-ую бригады. И мы на первых порах пытались как-то подсластить им жизнь: возили конфеты, печенье, чай, кофе. И разузнавали, что им нужно. А потом, когда все стало понятно, пошли заказы от ребят, я решился собирать деньги. Сначала "мигрировал" по шести рынкам в Херсоне. День в одном месте постою, день в другом… Затем решил постоянно стоять возле торгового центра "Фабрика". Теперь об этом знают, наверное, все жители города. Если я не в разъездах, выезжаю туда на сборы средств.
Дорога от дома – а это около двух километров - забирает у меня около получаса. В общественный транспорт как я сам заберусь? Вот и еду пешком. Обычно занимаюсь сбором пожертвований часов с десяти утра и до трех-пяти вечера, как когда. Сначала я стоял у входа, охрана центра не позволяла мне даже прятаться под козырек, не понимая, что я не попрошайничаю, не побираюсь себе на жизнь. Когда обо мне начали рассказывать по телевидению, писать статьи, разрешили прятаться под козырьком у самого входа, где и людей проходит побольше. А когда я получил звание Народный герой Украины, позволили находиться внутри центра, передвигаться по всей его площади, беседуя с людьми, рассказывая им о войне, о солдатах, которые рискуют своими жизнями ради нашего покоя.
После награждения дядя Гриша обмыл свой орден и с удовольствием общался с приехавшими на церемонию бойцами, в том числе с Героем Украины Сергеем Собко (сидит в центре)
Вы не представляете себе, как трудно было становиться "попрошайкой". Я ведь всю жизнь работал, ничего ни у кого не просил, рассчитывал всегда только на свои силы. Даже когда остался без одной ноги, смог работать крановщиком мостового крана. Но когда началась война, я себе не мог места найти. Очень хотелось быть полезным. Да будь у меня хоть одна нога, я бы пошел на фронт. А так… Вот и нашел способ помогать своей стране. В этом ничего стыдного нет. Наоборот, считаю, стыдно ничего не делать для того, чтобы освободить наши земли и вернуть стране независимость. "Война уже закончилась, а ты все деньги собираешь", — как-то сказал мне здоровяк-прохожий. Слышать такое больнее всего. Я уверен: тот мужчина ни разу не бывал ни на фронте, ни в госпитале и не представляет, сколько всего еще нужно нашим защитникам! И как они радуются каждому домашнему пирожку! Войны нет у тех, у кого никто не воюет, кто не видел все эти разрушения своими глазами. Я всем, кто сомневается, что еще идет война, предлагаю: поехали со мной. Но почему-то никто не соглашается…
Особенно теплая дружба связывает Григория Янченко и комбата морских пехотинцев Вадима Сухаревского. Волонтер старается заезжать к его бойцам в каждую свою поездку, обязательно привозя что-то и жене комбата Юле, и его сыну
"ЕСЛИ БЫ КАЖДЫЙ ИЗ НАС ДЕЛАЛ ВСЕ, ЧТО МОЖЕТ, УЖЕ Б ДАВНО ПОБЕДИЛИ"
- Начинали мы вчетвером — херсонские автомайдановцы Сергей Обидец и Андрей Коваленко, я и отец Игорь, священник кафедрального Сретенского собора в Херсоне, -продолжает дядя Гриша. - Во время одной из поездок в район боевых действий отец Игорь, который поддерживал молитвой и проповедями наших бойцов, напоролся на вражеский блокпост. Надо же было такому случиться, что именно в ту поездку я не смог поехать - попал в госпиталь после того, как мы отвезли груз бойцам в Авдеевку. Когда выезжали, в Херсоне было минус 4, а туда приехали – уже минус 18. Я приморозил руки и две недели вынужден был лечиться. В это время батюшка с Сережей отправились на Донбасс. Отец Игорь ехал на своей машине, свернул не там и попал на сепарский блокпост. У него отняли машину, продукты, вместе с другими пленниками отправляли разбирать завалы разрушенного аэропорта и вытаскивать из-под них человеческие останки… Почти два месяца отец Игорь провел в плену у сепаратистов. Мы с Сережей и Андрюшей два года проездили вместе, а теперь компанию мне составляют Игорь Кураян, Саша Санек и Юра Ткачук. Ездим, как правило, дважды в месяц.
Игорь Кураян (крайний справа) теперь регулярно составляет компанию дяде Грише на фронт. На снимке они вместе с легендарный комбатом 95-ой бригады Павлом Розлачем, позывной Медведь
Мои знакомые наладили в Херсоне ремонт автомобилей, задействованных на передовой, покупают запчасти к ним. Договариваются также о крупных партиях продуктов и сами их вывозят. Раздаем харчи и местному населению, заезжаем в детские дома и интернаты, которые продолжают работать в зоне войны. Покупаем и отвозим нашим ребятам стройматериалы для блиндажей: пленка, гвозди, сетка, скобы… В общем, все, что необходимо, все, о чем просят. К Пасхе тоже собрали бойцам.
У нас в Херсоне, казалось бы, на совершенно украинской территории, встречаются разные люди. Однажды подошла ко мне бабушка и спросила: "На российскую армию собираете?" Я возразил: "С чего бы это? На украинскую, которая защищает Украину!"
За пять лет войны чего только херсонец не возил бойцам. Это была и форма с бельем, и средства гигиены, приборы ночного видения и бронежилеты, оптические прицелы и разнообразные продукты питания, включая сладости и пирожки от местных хозяек. Увидев в добровольческом подразделении совсем юных девушек-медиков, тут же достал из микроавтобуса три коробки конфет, а мне рассказал историю 2014 года:
- Привез я бойцам как-то штаны, футболки, трусы, носки, - улыбается дядя Гриша. – И впервые увидел на передовой девчат. Они просмотрели привезенные вещи и с сожалением отложили – им ничего не подошло, все большое, мужское… Я кинул глазом, оценил объемы и, собрав деньги, на базаре попросил продавщицу женского белья: подбери несколько лифчиков, но разных и красивых. Она удивилась: "А кому это ты покупаешь?"… Объяснил, рассказал про девчат на войне, так она отдала товар по закупочной цене. "Ах, так, - говорю, - тогда давай по два!" Видели бы вы, как радовались те девчонки. Их как ветром сдуло - тут же побежали мерить, благодарили потом. Женщина и на войне остается женщиной. И должна это чувствовать.
Вот вы все допытываетесь, как меня отпускает жена. Да она и сама помогает мне собирать все необходимое. Помню, как перед пасхальными праздниками принес домой аж 800 яиц! Жена их все сварила, покрасила и разложила, чтоб я отвез ребятам. Это тоже помощь. Если бы каждый из нас делал все, что может для нашей победы, для нашей страны, вели себя по совести, уже б давно победили, причем на всех фронтах.
- Я продолжаю ездить на фронт из-за любви к своей Родине , - Григорий Николаевич говорит эти слова и сразу же, стесняясь, извиняется за пафосность речи. – Мне ее прививали с самого детства. И каждый день я думаю: чем еще могу помочь?
Джерело – Вгору
