Биосферный заповедник «Аскания-Нова» — визитная карточка юга Украины. Сотни редких видов животных и растений, крупнейшая в Европе заповедная степь: тысячи гектаров, которых никогда не касался плуг.
Сто лет назад уникальная территория получила статус государственного заповедника, благодаря этому и уцелела — несмотря на войны, революции и незаконные посягательства. Чем живет «Аскания-Нова» сегодня, что составляет ее коллекцию и как она выживает без туристов из аннексированного Крыма? Об этом «Фраза» расспросила директора заповедника Виктора Гавриленко.
- В этом году «Аскания-Нова» празднует 100-летие. Выдающаяся дата...
- 100 лет исполняется государственной заповедности в Аскании-Нове. Заповедные зоны создал Фридрих Фальц-Фейн. Это зоологический парк, созданный в 1874-1876 годах, дендрологический парк, заложенный в 1887-м, и в 1898 году был заложен первый степной участок, сохранившийся до сих пор. Он и находится в ядре биосферного заповедника «Аскания-Нова». А саму Асканию основали посланцы Фердинанда Ангальт-Кетенского еще раньше, в 1828 году. В те времена существовала такая мода — создавать парки на территории усадеб и имений крупных землевладельцев, но не все они сохранились.
- Однако заповедник, каким мы его знаем сегодня, начал существование в 1919 году?
- Во время революции и гражданской войны эти уникальные заповедные территории могли быть уничтожены. Но на защиту вышли ученые и путешественники: Иосиф Пачоский, Петр Кузьмич Козлов, а также служители зоопарка и ботанического сада. Территория все время кем-то захватывалась, но специалисты, остававшиеся там, продолжали сохранять этот парк.
1 апреля 1919 года Совет народных комиссаров УССР по представлению известного зоолога, профессора Николая Шарлеманя, председателя секции охраны природы в Сельскохозяйственном научном комитете Украины, утвердил подготовленный им документ о необходимости национализации «Аскании-Новы». С тех пор дендрологический, зоологический парки и заповедная степь провозглашены народным заповедным парком. Этот жест, как акт провозглашения независимости Украины, стал началом защиты и сохранения этого уникального места.
- С тех пор границы парка не изменились?
- Честно говоря, 100 лет прошло, но мы все время боремся, чтобы его не растащили по карманам. Я 29 лет руковожу заповедником, и меня часто спрашивают: не частная ли уже территория? И я всегда отвечаю, что это недопустимо, потому что никто не будет заниматься этими редкими видами, не дающими никакой прибыли. Это мы виноваты, что завели их в тупик, что они не способны свободно жить и размножаться. А значит, теперь само человечество ответственно за их сохранность. Мы часто утверждаем, что исповедуем демократические европейские ценности, но где же демократия и соответствующее отношение к окружающей среде?!
- Сколько видов животных и растений сегодня живет и растет в заповеднике?
- Есть естественное пребывание животных в пределах зоны биосферного заповедника, а это примерно две тысячи видов. Произрастают также свыше 520 видов высших растений. Кроме того, в коллекции животных зоопарка на 1 января этого года насчитывалось более 4 тысяч животных 122 видов. На территории дендрологического парка у нас растут 1114 видов и форм древесных и кустарниковых растений, а также более 700 травянистых растений. Это центр мировой флоры. По уровню интродуцированных редких видов Аскания делит первое место с Киевским центром, в котором два ботанических сада. Сравнение коллекций проводили ученые Национального университета биологических ресурсов и природопользования. У нас сегодня более 500 видов, по всему южному региону нигде больше не встречающихся. Это невероятно важный объект. Люди просто не знают о титаническом труде десятков ученых и защитников природы, сохранивших его. Природу заповедника изучали много известных ученых мирового уровня, в частности академики Георгий Николаевич Высоцкий, Владимир Николаевич Сукачев, член-корреспондент Соколов и десятки других ученых, связанных с почвоведением, агрохимией, климатологией, лесоводством, зоологией, ботаникой и другими направлениями естественных наук.
- Сколько представителей Красной книги Украины?
- Если говорить о животных, это 133 вида, которые мы обнаружили в разное время в течение последних 30 лет. Но это не значит, что они встречаются каждый год. Например, белоголовый сип появился у нас где-то три года назад, когда мы проводили Азово-Черноморскую конференцию. Его сфотографировал известный орнитолог, приехавший на конференцию из Донбасса. А мы столько лет здесь работаем и живем, но раньше его не видели. В прошлом году этот вид снова встретили в заповеднике.
- Вы на днях отчитывались на заседании Президиума НААН. О чем докладывали?
- О нашем пути за 100 лет, достижениях. Изложил определенные позиции относительно перспектив дальнейшего развития заповедника. Я, конечно, акцентировал внимание на том, что природы «Аскании-Новы» хватит для исследований не только институтам Аграрной академии, но и Национальной академии наук. Речь идет о сконцентрированном огромном биологическом разнообразии, искусственно завезенном и естественно существующем. Необходимо исследовать взаимодействие видов, взаимовлияние экосистем в пределах заповедной зоны и на смежных территориях, анализировать процессы в контексте глобальных изменений климата, что уже прослеживается на видовом многообразии и количественных показателях во флористическом и фаунистическом комплексах.
- Насколько серьезно на заповедник повлияла временная потеря Крыма и события на востоке?
- Мы потеряли генеральное направление туристического потока. Была трасса Москва — Симферополь, подъезд к «Аскании-Нове». Она так именовалась. Сейчас этот подъезд разбит. Дорожное полотно повреждено военной техникой во время реальной угрозы вторжения в Украину. В 2014 году количество туристов уменьшилось с 92 тысяч до 32 тысяч. Это невероятный удар по бюджету.
- Как вы тогда справились и какова ситуация сейчас?
- Нас очень поддерживал покойный Эдуард Александрович Фальц-Фейн, племянник основателя нашего заповедника. Я позвонил ему и сказал, что очень обеспокоен судьбой наследия его рода. Я просил его разрешения использовать 50 тысяч долларов из экологического фонда, чтобы купить хотя бы корма и топливо.
В прошлом году мы приняли 72 тысячи туристов и могли бы принять еще больше, если бы у нас были дороги. Мы поднялись почти до 100 тысяч туристов, но потом дороги к нам разрушили уже зерновозы. Я не помню, сколько раз обращался во все инстанции с просьбой отремонтировать 22 км подъезда к «Аскании-Нове», чтобы мы могли принимать туристов с Азовского моря. В прошлом году там отдыхали полтора миллиона туристов. Даже если бы к нам пришли 10%, это было бы уже 150 тысяч. Заповедник готов принимать такое количество гостей.
- У вас есть возможность сделать небольшое промо накануне туристического сезона. Сколько времени понадобится, чтобы успеть все рассмотреть?
- Это зависит от того, с какой целью люди приехали. Если гости действительно хотят пообщаться с природой — это одно. Когда же гости гуляют по маршрутам зоопарка и дендропарка, заткнув уши наушниками с музыкой... Я не понимаю, для чего в таком случае им дикая природа. Но определенное количество людей едет, им не очень все это интересно, потом они озвучивают критические замечания и так далее. Что касается тех, кто посещает парк сознательно, то мы готовы выложиться на полную, показать все наши пять экскурсионных маршрутов. Я всегда своим работникам говорю: природа никогда не жила 8-часовым рабочим днем. Надо работать столько, сколько необходимо, тогда мы сами поймем природу и сможем правильно презентовать ее другим.
- Да, но «Аскания-Нова» достаточно удалена от центральных и западных областей Украины. Откровенно говоря, есть ли для украинцев альтернатива?
- Ничего подобного у нас в Украине, к сожалению, больше нет. Не существует территории, где можно было бы ввести абсолютно заповедный режим. Вот и сегодня на Президиуме я докладывал: чтобы природа «Аскании-Новы» могла полноценно функционировать, чтобы основные природные процессы были саморегулируемыми, необходим заповедный диаметр хотя бы 80 километров. Но где же вы найдете такой заповедник на территории Украины? Это невозможно. У нас площадь ядра заповедника 11 тысяч 54 га. Это самая большая заповедная степь Европы. Ни Ростовскому, ни Оренбургскому заповедникам, очень пытающимся нас догнать, это не удалось.
- Вы развиваете международное сотрудничество?
- У нас колоссальные связи с научными учреждениями многих стран, проводящими исследования природных процессов. В Украине постоянно сотрудничаем с зоопарками, проводим обмены генофондом, поставляем животных в зооуголки, частные и государственные центры разведения. Мы очень внимательно оцениваем условия, куда отправляем животных. Есть обычные виды охотничьей фауны, которые легко могут приспособиться к новой территории, но есть и редкие виды, которым нужен комплекс специальных условий для жизни и развития.
- Каким образом ваша коллекция пополняется? Вы закупаете новые виды животных?
- Здесь вопрос в том, что перевозить, покупать и обменивать новые виды следует тогда, когда созданы соответствующие условия для их проживания. Сейчас среди новых видов у нас патагонский заяц мара, горная антилопа такин. Но и имеющиеся 122 вида — это тоже серьезная цифра разнообразия. Наш приоритет — содержать большие группы. Например, в прошлом году у нас численность сайги достигла 700 особей. Это абсолютный мировой приоритет в разведении в полувольных условиях вида, численность которого в природных условиях снова начала сокращаться и который занесен в Красные книги разных стран мира. И только «Аскания-Нова» успешно воспроизводит вид, потому что отработана технология искусственного выращивания. Сайга — реактивное животное, его нельзя перевозить на новое место, не приручив. Учитывая, что влияние на этот степной вид будет усиливаться в местах нынешнего его естественного обитания, его существование в значительной мере зависит от разработки технологии искусственного ручного разведения не только в «Аскании-Нове». Нам уже предложили сотрудничество на территории Казахстана.
Джерело – Вгору
