Сейчас снова набирает оборотов тема снятия моратория на продажу земли. Понятно, что это одно из обещаний власти, которое необходимо выполнять. Но предыдущий опыт "быстрого" запуска реформ доказал, что ни к чему хорошему это не приведет. При этом, цена ошибки очень высока. Такое мнение высказал "Апостроф" аналитик Международного центра перспективных исследований по экономическим вопросам Егор Киян.Во-первых, представители нынешнего правительства не презентовали комплексную "дорожную карту" будущих реформ. В свою очередь, непоследовательные и несистемные реформы создают риски для будущего социально-экономического развития страны. Как минимум, под прикрытием "реформ" может происходить раздел сфер влияния и борьба за контроль над финансовыми потоками и ресурсами.
Поэтому, в условиях деформированной украинской системы судопроизводства, политических и экономических институтов, риск монополизации рынка земли крупными бизнес-группами достаточно большой.
Предыдущий же опыт, в частности "успех" большой приватизации (выполнение плана всего лишь на 1% за 2018) и "достижение" запуска рынка электроэнергии (который привел к росту цен для промышленных потребителей на 30%) подтверждают "болезненность" системы в целом.
Сейчас же остается всего лишь 3 месяца до провозглашенной необходимости отменить мораторий на продажу земли. В обстоятельствах не системности реформ его отмена вряд приведет к лучшим результатам.
Во-вторых, запуск рынка земли и ее продажа хотя и даст определенные проценты к темпам роста, но он будет временным. Возникает необходимость добавления механизмов и рычагов, которые бы балансировали рынок и поддерживали его жизнь. Иначе после "большой закупки" отдельных стейкхолдеров рынок просто окажется нежизнеспособным. Формально будет существовать, а практически - нет.
В этом русле необходимо отметить, что, покупательная способность населения и стоимость ресурсов в настоящее время низкая. Поэтому запуск рынка земли в ближайший период с одной стороны не принесет максимальной выгоды для экономики, а с другой - не даст возможности доступа малому и среднему бизнесу (МСБ) к рынку из-за низкой покупательной способности. Вспомним еще и то, что переоценка земли, которая хоть как-то могла бы определить "справедливую" стоимость такого ресурса, еще не проводилась (должна была состояться в 2020 году).
Показателен пример Молдовы, где рынок ввели, землю активно скупают, но желаемого последствия для экономики нет. Соответственно, землю скупают за бесценок. А ограниченность доступа МСБ и его низкая покупательная способность хорошо демонстрируется на примере Мадагаскара и других африканских стран, где рынок привел к тому, что за год мелкие предприниматели потеряли землю и вынуждены работать на европейских плантациях.
В-третьих, сейчас неверным является утверждение об оживлении "соприкасающихся" сфер экономики. Например, тезис о том, что банковская сфера выиграет от открытия рынка земли, не является достаточно правильным. Например, Базельские принципы и инструкции НБУ запрещают предоставлять землю банкам в качестве гарантии кредитов. Есть и другие ограничения, возложенные на финансовую и банковскую сферу в украинских реалиях. С другой стороны, на фоне "урегулированности" банковской сферы, существует "неурегулированность" других сфер. В свою очередь, "асинхронное оживление" за счет таких дисбалансов ни к чему хорошему не приведет.
Наконец, непонятным является вопрос контроля за земельным рынком. В стране, где не научились собирать даже существующие налоги и существует значительный теневой сектор, такая ситуация только "развяжет" руки спекулянтам и "черному рынку". К тому же, нечетким является механизм сдерживания увеличения объемов земли латифундистами и "земельными баронами", что, опять же, приведет к тому, что крестьянин останется без своей земли.
Понятно, что риторика открытия рынка земли прежде всего поддерживается большими стейкхолдерами и международными партнерами, которые не понимают всех особенностей украинской экономики. При этом есть замечательные примеры того, как другие страны живут с различными моделями регулирования оборота земли - далеко не везде есть полная и "дикая" продажа земли. Даже в те и же Европе есть аренда земли на длительный период, если она используется по назначению. При этом, цена арендной платы достигает почти 300 евро/га, когда в Украине - 100-120 евро/га (и это несмотря на качество нашей почвы).
Поэтому ситуация с рынком является не столь радужной и линейной, как пытаются представить. На данном этапе не следует обманывать себя в том, что это станет толчком к экономическому развитию.
Соответственно, только минимизировав перечисленные риски, можно запускать земельный рынок. Нынешнее положение вещей приведет к тому, что рынок земли будет открыт и сразу "умрет" вместе с МСБ. Имея активный земельный пул в 17 млн га, не хотелось, чтобы его капитализация достигла лишь 3 млрд долларов. Эта сумма является "невнятной" как на фоне других возможностей, так и потерь украинской экономики.
Поэтому задача - не просто поставить галочку напротив "выполнено", а сделать так, чтобы это принесло максимальную выгоду и перспективы для экономики. Важно, чтобы после запуска рынка ситуация стала лучше, а не хуже.
Ведь продавать что-то намного проще, чем создавать.