Военная техника на улицах Львова
Официальная советская историография утверждала, что население Западной Украины с большим энтузиазмом и радостью встречало Красную армию в 1939 году. Так ли это на самом деле?
10 мифов о начале Второй мировой — совместный информационный проект НВ, Украинского института национальной памяти, Центра исследований освободительного движения и Издательства КСД, цель которого — опровергать мифы, существующие в коллективной памяти о самой ужасной войне XX столетия.
Миф 4. "Золотой сентябрь" — украинцы радостно приветствовали приход советских войск
Львов трепетно ждал конницу Александра Пархоменко! Львов криками радости, хлебом и солью встретил одетые в броню стальные дивизии Семена Тимошенко!… Львов стал советским!
Александр Довженко. Фильм "Освобождение украинских и белорусских земель от гнета польских панов и воссоединение народов-братьев в единую семью", июль 1940 года
Суть мифа
17 сентября 1939 года Красная армия начала "освободительный" поход, чтобы "подать руку помощи своим братьям-украинцам и братьям-белорусам, населявшим Польшу". Вступление Красной армии на территорию Галичины и Волыни сопровождалось массовым и искренним энтузиазмом, что отразилось позже в решениях Народного собрания Западной Украины об объединении украинцев в "большой семье советских народов".
Факты коротко
"Золотой сентябрь" — это советское пропагандистское название сентябрьской кампании Красной армии против Польши. Пропаганда рисовала картины массового энтузиазма и больших надежд населения Западной Украины на установление новых порядков на этих территориях. На самом деле радость по случаю прихода власти большевиков не была всеобщей и довольно быстро сменилась разочарованием, страхом и сопротивлением.
Факты более подробно
Сначала приход Красной армии действительно вызвал скорее положительные эмоции части жителей Западной Украины.
Общество состояло из трех этнических групп: около 63 % — украинцы, около четверти — поляки и значительная часть евреев среди остальных.
Делегаты Народного собрания Западной Украины. 26 октября 1939 г. / Фото предоставлено Украинским институтом национальной памяти
Во Второй Республике Польской украинцы и евреи не имели равноправного с поляками доступа к высшему образованию и государственному управлению: нацменьшинства подвергались дискриминации. Такая политика Польского государства, наряду с давним стремлением украинцев к государственной независимости значительно пошатнула лояльность к действующей власти.
В результате часть украинцев приветствовала приход Красной армии именно как возможность избавления от непопулярного, а порой и репрессивного по отношению к украинцам политического режима. Часть общества питала иллюзии на улучшение социально-экономических условий жизни. В то же время часть украинцев Галичины и Волыни воспринимали большевизм как угрозу. Поэтому было бы преувеличением говорить об общем энтузиазме — отношение к этим событиям было очень разным.
Довольно часто "торжественную встречу" Красной армии устраивала… сама Красная армия. В населенный пункт приезжали на автомобиле советские политруки и убеждали людей в необходимости организовать торжественный прием: просили возвести "триумфальную арку", украсить ее ветками и транспарантами с приветствиями. "Почему вы нас не встречаете? Разве вы нам не рады?" — такие разговоры прибывших с местными крестьянами фиксируют источники того времени.
Не обходилось и без казусов. В одном селе сделали арку из сосновых веток, украсили ее красными флагами и украинским национальным желто-голубым стягом. Когда явились "освободители", один из всадников наклонился к встречающим и тихо сказал: "Не мы вас, а вы нас должны освобождать!" В тот же момент кто-то из политруков одним взмахом сабли сбил украинский флаг с арки. Присутствующих это шокировало.
Уже в то время, чтобы завоевать народные симпатии к непопулярным решениям, власть привлекала "звезд". Александр Довженко выступает на предвыборном митинге на Гуцульщине, октябрь 1939 г. / Фото предоставлено Украинским институтом национальной памяти
Разочаровывал и внешний вид прибывших. В глаза бросалась не только дешевая и некачественная ткань советской военной униформы, удивляли вид красноармейцев и их поведение. Воспоминания и дневники очевидцев фиксируют, что, например, выражение лиц солдат часто выказывало их долгие мытарства, пережитый стресс. Это не были лица счастливых людей.
В населенные пункты войско часто входило молча, без оживления и песен. В целом это создавало гнетущее впечатление. На всем поведении рядовых представителей советского общества лежала печать нищеты и лишений.
Как анекдот рассказывали историю солдата, привыкшего в СССР к тотальному дефициту. На галицком рынке он удивлялся, что может купить столько буханок хлеба, сколько пожелает. В анекдоты перешли повсеместные заверения, что "в СССР всего много". Например, на вопрос: "А цитрусов много?" следовал ответ: "Да, целый завод под Харьковом выпускает цитрусы!"
Об отношении людей к новой власти свидетельствует еще один известный анекдотичный пересказ о том, как жены советских офицеров, скупая невиданные ими доселе предметы одежды, умудрялись прогуливаться по улицам в пеньюарах и ночных сорочках, приняв их за вечерние платья.
Свидетели тех событий отмечали: если бы первое впечатление так не разочаровало, отношение к новой власти могло быть иным. Впрочем, прибывшие из СССР после 20 лет господства там большевизма выглядели убого и демонстрировали всем своим видом не только материальную бедность, но и духовную ограниченность советского общества: "…за их материальным убожеством проглядывало жуткое духовное убожество большевистского мира".
Советский агитационный плакат. Результат голосования был определен заранее. Выборы "народных избранников" проходили на безальтернативной основе / Фото предоставлено Украинским институтом национальной памяти
Если таким было первое впечатление от "золота" этого сентября, вряд ли стоило ожидать большего в будущем.
Советская власть стремилась к быстрому признанию своих прав на этих землях. С точки зрения международного права, "освободительный поход Красной армии" в сентябре 1939 года был типичной аннексией, а его результат — оккупацией чужих земель. Чтобы узаконить свою власть, коммунистический режим организовал выборы в Народное собрание Западной Украины с вопиющими манипуляциями.
Выборы состоялись под давлением новой власти; были случаи, когда общественности навязывали кандидатов. Очень часто кандидатами в Собрание становились не местные, а прибывшие из СССР граждане. Складывалась парадоксальная ситуация: за присоединение к СССР голосовали не жители аннексированных земель, а представители оккупанта. Национальный состав делегатов этого Собрания был сфальсифицирован: поляки, которых было 25 %, получили 3 %; евреи, которых было около 10 %, — 4,3 % делегатских мест; украинцы — 92 %.
Уже в первые дни "золотого сентября" начались аресты. Маховик репрессий только раскачивался, и это не могло укрыться от местного населения. Так формировалось истинное отношение к новой власти на Галичине и Волыни.
Автор текста — Александр Зинченко, Украинский институт национальной памяти
10 мифов о начале Второй мировой — совместный информационный проект НВ, Украинского института национальной памяти, Центра исследований освободительного движения и Издательства КСД, цель которого — опровергать мифы о первых годах Второй мировой войны. Больше читайте в книге Война и миф. Неизвестная Вторая мировая под редакцией Владимира Вятровича, Сергея Громенко и Александра Зинченко.
