Гинекологу из Скадовска Херсонской
области, по вине которой роженица чуть не осталась инвалидом, объявили
о подозрении в совершении уголовного преступления
Татьяна Вилькович должна была рожать естественным путем, но уже во время родов выяснилось, что необходимо кесарево сечение. К счастью, ребенок родился здоровым. Однако через несколько недель после операции проблемы со здоровьем начались у его мамы — женщина обнаружила уплотнения по обе стороны живота.
— Пошла на обследование, но местные врачи толком не смогли ничего мне сказать, — вспоминает 38-летняя Татьяна Вилькович. — Потом предположили, что это может быть онкозаболевание. Представляете мое состояние в тот момент? Наслушавшись медиков, я уже не сомневалась, что у меня рак. И только в областной больнице неожиданно выяснилось, что уплотнения в животе — это не опухоль, а… забытые гинекологом салфетки.
*"Хотелось бы забыть все эту историю как страшный сон. А решения
суда до сих пор нет. Сыночку через месяц уже исполнится два года", —
говорит Татьяна Вилькович
Для Татьяны Вилькович это были вторые роды. Женщина собиралась рожать в областном центре, но из-за непогоды не смогла туда приехать (события происходили в январе 2015 года).
— Поэтому пришлось ложиться в местный роддом, — вспоминает Татьяна Вилькович. — Десять лет назад я родила сына естественным путем и надеялась, что в этот раз тоже все будет хорошо. Но когда у меня начались схватки, врач, которая должна была принимать роды, уехала на день рождения невестки. Пообещала приехать по первому же звонку акушерки — мол, та сообщит ей, когда я буду готова. Следующие несколько часов продолжались мучительные схватки. Врач долго не приезжала. Когда наконец-то приехала, сказала, что нужно еще подождать: дескать, матка не раскрылась. В итоге я, измученная, упала и потеряла сознание. Тогда решили делать кесарево сечение. Вызвали операционную бригаду, в составе которой был заведующий гинекологическим отделением Александр Гуменюк. Я в тот момент находилась в сознании и хорошо запомнила, как они горячо о чем-то спорили. Гуменюк говорил, что врач сделала что-то не так… Меня тут же положили на операционный стол.
Когда я пришла в себя после наркоза, узнала, что родила сына. Мальчик родился крупный — 4200. К счастью, ребенок был здоров. Я же после наркоза чувствовала себя плохо. И лучше мне не становилось. Прошла неделя, а я из-за слабости с трудом могла ходить. Держалась повышенная температура, болели швы.
Через две недели после операции нужно было приехать в роддом снимать швы. Перед этим я заметила, что когда, лежа на кровати, поворачиваюсь на бок, у меня в животе появляются два шарика — один с левой стороны, другой с правой. Муж тоже обратил внимание на эти странные бугорки. Раньше такого не было. Когда я приехала в роддом, ни врача, которая меня оперировала, ни заведующего отделением не оказалось. А операционная медсестра, увидев бугорки, сказала: «Ничего страшного. Это физиологические особенности вашего организма. Не обращайте внимания».
Легко сказать — не обращайте внимания… Прошло еще несколько недель, а бугорки не исчезли. Они стали еще больше. Теперь уже, чтобы их прощупать, мне не нужно было ложиться на бок — их было прекрасно видно, даже когда я стояла.
В конце концов Татьяна решила пойти на осмотр к другому гинекологу. Тот направил женщину на УЗИ, но врач-узист, обследовав пациентку, только развела руками: «В брюшной полости ничего не видно».
— Гинеколог, направивший меня на УЗИ, предположил, что врачи могли что-нибудь забыть в моем животе, — говорит Татьяна. — Но когда я озвучила это предположение оперировавшему меня врачу, она взорвалась: «Какой абсурд! Пусть этот гинеколог делает свою работу, а не говорит что попало. Тоже мне советчик». И сказала, что у меня просто… растянулись мышцы. Еще гинеколог, который отправлял меня на УЗИ, сказал, что это может быть онкология. Мол, возможно, это опухоль, которая развивается очень быстро и дает метастазы в легкие. Пройти обследование легких в Скадовске я не смогла — в больнице в тот момент не оказалось нужного специалиста. Муж повез меня в Херсонский областной онкодиспансер.
Во время первого осмотра гинеколог-онколог, которой я озвучила предположение об онкозаболевании, сказала: «Похоже, так и есть». После чего направила на УЗИ. Помню, шла на обследование вся в слезах. Сказала десятилетнему сыну, что тяжело заболела… Во время УЗИ в кабинет пришла гинеколог-онколог, которая меня осматривала. Глядя на монитор, она сказала: «Это очень странные образования. В них нет… кровотока. Это не похоже на опухоль». И вдруг закричала: «Не может быть! Да это же салфетки!» Я ничего не поняла: «Какие еще салфетки?» «Это не опухоли, а салфетки! — объяснила врач. — Они сложены гармошкой с обеих сторон. Похоже, их забыли в вашем животе во время операции». Расплакавшись, я закричала: «Слава Богу!» «Вы нормальная? — врач была в шоке. — Что у вас там за врачи в Скадовске?» «Слава Богу, что это не рак, — повторяла я, рыдая. — Слава Богу…»
— Врачи сказали, что эти салфетки нужно срочно вытащить, пока не началось заражение крови, — продолжает Татьяна. — Все предпосылки к этому у меня уже были. Ведь я проходила с этими салфетками четыре месяца! А в левой стороне живота уже начался воспалительный процесс… Меня оперировали в отделении хирургии Херсонской областной клинической больницы в присутствии представителей Минздрава, которые снимали весь процесс на видеокамеру. Салфетки изъяли. Врачи сказали, что если бы я так походила еще неделю, точно случилось бы заражение.
— В брюшной полости пациентки обнаружили салфетки размером восемь на восемь сантиметров каждая, — сказал местному изданию «Новый день» хирург Херсонской областной клинической больницы Александр Мороз. — Они были закапсулированы. Организм создает своего рода барьер, капсулируя инородные тела. Но барьер хрупкий: рано или поздно инфекция может его пробить. Тогда возникает перитонит, отчего человек может умереть. Все зависит от его индивидуальных особенностей: кто-то может ходить с инородным телом и несколько лет, а кому-то для летального исхода достаточно нескольких месяцев.
— Сразу после операции в Херсоне мне звонил Александр Гуменюк, — вспоминает Татьяна. — Спросил о самочувствии и сказал, что оплатил мне операцию и палату. Через несколько дней позвонила и врач, которая делала кесарево сечение. На этот раз она сказала: «Прости меня, если сможешь. Кто мог подумать, что такое произойдет?» Честно говоря, в тот момент я не собиралась поднимать скандал. Врач пообещала, что компенсирует мне все затраты. А деньги мы потратили немаленькие. Поездки в Херсон, дорогостоящие лекарства, которые потребовались после операции. Только по чекам, сохранившимся у меня, выходит 6 тысяч 800 гривен. Когда я сообщила врачу, сколько потратила, в ответ услышала: «Конечно, все возместим». Но когда через некоторое время снова озвучила ей сумму, врач заявила, что это очень много и я занимаюсь вымогательством. После этого я обратилась в правоохранительные органы.
Как ни странно, но в управлении здравоохранения Херсонской обладминистрации произошедшее не посчитали чем-то из ряда вон выходящим. «Урон женскому организму эти салфетки не нанесли, — заявил журналистам внештатный гинеколог управления здравоохранения Херсонской обладминистрации Юрий Герман. — Врачи… могли ошибиться. Это была тяжелая операция».
А гинеколог, оперировавшая Татьяну, попросила не делать из этого случая сенсацию. «Ну, было, да, — сказала врач. — Но что нас теперь — задушить? Или мы постоянно это делаем? Просто пациентка такой человек. Она прямо заявила: «хочу денег».
Когда год назад «ФАКТЫ» рассказали об этой истории, уголовное дело было открыто, но подозреваемых тогда еще не определили. В полиции объясняли, что ждут результатов экспертизы. И только на днях стало известно, что дело сдвинулось с мертвой точки. Подозрение предъявили гинекологу, которая оперировала Татьяну. В полиции обещают вот-вот передать дело в суд. За это время вскрылось немало интересных подробностей.
— Врачи поняли, что запахло жареным, и не придумали ничего лучше, чем свалить всю вину на операционную медсестру, — рассказывает Татьяна Вилькович. — Ей объявили несколько выговоров и уволили. Она же рассказала, что, делая мне кесарево сечение, врач и заведующий отделением все время ругались. В больнице сразу поняли, что я человек достаточно обеспеченный, а значит, хорошо отблагодарю врача, который поможет появиться на свет моему ребенку. По словам операционной медсестры, я была «денежным» пациентом, которого не поделили между собой врач и завотделением. Поэтому, делая мне операции, они не переставали ругаться. «Чуть ли не кидались друг на друга со скальпелем, — рассказала медсестра. — Кричали друг на друга и даже на меня. Поэтому неудивительно, что они что-то у вас там забыли». Сама операционная медсестра, по ее словам, салфеток у меня в животе не видела, потому что стояла дальше.
Когда поднялся скандал, медсестру, по ее словам, вызвало руководство и заставило дописать в журнал, что после моей операции якобы все используемые салфетки были на месте. Более того, пытались переписать всю документацию.
Я спрашивала у медсестры, почему она сейчас все это рассказывает. Ведь раньше молчала. «Мне уже нечего терять, — ответила медсестра. — Они уволили не только меня, но и моего мужа, который работал в этой же больнице анестезиологом». Кстати, сейчас эта медсестра выиграла суд первой инстанции, доказав, что ее увольнение было незаконным. Больница подала апелляцию, поэтому судебная тяжба продолжается.
— С врачом, которая сейчас стала подозреваемой, вы общались? — спрашиваю Татьяну. — Возможно, она все-таки решила выплатить вам компенсацию…
— Нет. Она больше не выходила со мной на связь и, судя по всему, ничего компенсировать не намерена. Ей 67 лет. Мне не нужно, чтобы ее сажали в тюрьму. От этого никому не станет лучше. Но буду добиваться, чтобы этого человека хотя бы уволили. Потому что сейчас она продолжает работать. Более того, вскоре после скандала с салфетками она даже получила грамоту «Лучший медицинский работник». И несмотря на то что стала подозреваемой в уголовном деле, ее даже временно не отстранили от работы!
В полиции объяснили, что решение отстранить от должности горе-медика должен принимать главврач больницы.
— Я не знала, что гинекологу объявили о подозрении. Мне никто об этом не сообщил, — сказала «ФАКТАМ» исполняющая обязанности главврача Скадовской центральной районной больницы Татьяна Присяжнюк. — Вопрос возможного отстранения гинеколога от должности будем решать с юристами, чтобы все было в рамках законодательства.
Тем временем в полиции сообщили, что именно результаты экспертизы позволили предъявить гинекологу подозрение в совершении уголовного преступления. Но подробности пока не сообщают, ссылаясь на тайну следствия.
— Уголовное производство открыто по статье «Ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей медработником, повлекшее тяжкие последствия для больного», — сообщил «ФАКТАМ» следователь Скадовского управления полиции Артем Бараболя. — Санкция статьи предусматривает лишение права занимать определенные должности до пяти лет либо лишение (или ограничение) свободы на два года.
— Хотелось бы забыть все это как страшный сон, — призналась Татьяна. — Я надеялась, что к этому времени уже будет решение суда, но следствие идет очень долго. Сыночку 12 января уже исполнится два года. Врачи говорят, что ребенок здоров, но он очень нервный, раздражительный. Возможно, чувствует переживания мамы… Вскоре мне предстоит заново рассказывать всю эту историю в суде. Надеюсь, это будет не зря.
Екатерина КОПАНЕВА, «ФАКТЫ»
