Вы не поверите! В судах Херсонской области разной инстанции с самого начала нынешнего, 21 века, слушается дело о краже навоза в особо крупных размерах под Каланчаком. Уже все сроки уголовной ответственности прошли, а в этой истории так и не поставлена точка.Двенадцать лет милиция, прокуратура и судьи серьезно и всесторонне выясняли и продолжают выяснять, сколько и чего именно “исчезло” с территории фермы: свежие экскременты животных, навоз или гумус? Оказывается, от того, как много лет оное пролежало и при каких атмосферных осадках, меняется не только его название, но и вес, ценность в качестве органического удобрения для сельского хозяйства и, соответственно, рыночная цена. Мало того, пытались оценить и “внутреннее” составляющее результатов пищеварения животных: кто и чем питался, прежде чем последствия сложились в кучи. И это – совсем не шутейный, а чрезвычайно важный вопрос. Без этого просто невозможно установить истину и масштаб ущерба.
Свиной, например, и даром никому не нужен – ядовитый и тяжелый для почвы. Самый дорогой и дефицитный – овечье-бараний. А наиболее распространенный и “ходовой” товар (как, оказалось, и в этом случае) – коровье-телячий. Но чтобы выяснить это, судьям пришлось выслушать немало свидетелей, различных экспертов и ученых. В том числе пришлось приглашать зоотехников разного уровня. Именно они учитывают и рассчитывают количество того удобрения органического происхождения. Так вот, местные специалисты вычислили, что с окрестностей фермы незаконно вывезено 5,5 тысяч тонн. А их коллеги из области насчитали аж 7,5 тысяч тонн. Даже десять лет назад разница в ущербе – ощутима. Навоз подобного состава и качества тогда стоил минимум 5 гривень за тонну. А спустя 10 лет судебных тяжб, разница в сумме стала еще весомей. Сейчас дешевле, чем за 100 гривень за тонну – не купишь. То бишь, с учетом инфляции, можно говорить, что спор идет о суммах от 550 тысяч гривень до 750 тысяч. Поэтому тех зоотехников дополнительно выслушивали в суде. Но устранить противоречивость экспертиз в заседаниях так и не удалось. Виной оказались разные системы и подходы к измерениям. Так, одни эксперты “прикидывали” вес кучи по “пирамидкам”, а другие – по “кубам”. А какая из этих систем более точная, точно никто не знает. Даже назначали дополнительный следственный эксперимент – выехали в Каланчак на территорию бывшей фермы для воспроизведения событий и обстоятельств происшедшего на местности. Но увы, к тому времени (а это был уже 2010 год) от бывшего навоза уже и пятна не осталось, и воспроизвести что-либо не получилось.
А предыстория этого дела – банальна. Хозяин местной мельницы Александр* выделил сельскохозяйственному обществу с ограниченной ответственностью элитное зерно для посевной. Но тут это сельскохозяйственное общество как раз начали ликвидировать, а его земли распаевывать. И директор ликвидационной комиссии предложил Александру вместо денег или процентов с будущего урожая тот самый злополучный навоз. Александр согласился. И договорился с другим местным бизнесменом, грузоперевозчиком Николаем, что тот удобрения вывезет, продаст, а заработанные деньги они поделят. Николай и вывез, и продал, а платить хоть что-то Александру просто отказался. Вот тогда-то и закрутилась “машина правосудия”.
Сначала Николая обвиняли в мошенничестве, хищении навоза в особо крупных размерах, потом статью переквалифицировали на самоуправство. И даже в одной из инстанций его признали виновным, но приговор так и не вступил в силу. Мало того, Александр на каком-то этапе дела, по непонятным причинам, вдруг из потерпевшего стал просто свидетелем.
Во вторник, 26 февраля, дело это в который раз рассматривалось в Апелляционном суде Херсонской области. Николай настаивал, чтобы дело не просто закрыли за давностью срока, а сняли с него вину полностью. Прокурор поддержал его апелляцию частично. Представитель интересов Александра возражал против отмены приговора. А коллегия судей вынесла свой вердикт: решение Каланчакского суда таки отменить, а дело направить прокурору для дополнительного расследования. Потому что суду так и осталось неясно: сколько же навоза вывез Николай?
Вот так, с начала века, дело переходит из одних рук в другие: то в районный суд, то в апелляционный, то на дорасследование, то снова в суд первой инстанции. И теперь опять вернулось туда, откуда начиналось, к отправной точке, к расследованию. Годы проходят, в стране меняются президенты, один кризис сменяет другой, а этот “воз”, как говорится, и ныне там.
Виктория Глебова, “Вгору”