Ранним воскресным утром в марте 2014-го херсонца Александра Колганова разбудил телефонный звонок. Телефон был обыкновенный, стационарный, и Александр не успел на звонок ответить. Правда, в памяти остался входящий номер. Перезвонил - оказалось, на связи военкомат: подлежит мобилизации…
“Всё это происходило накануне аннексии Крыма, незадолго до начала военных действий на Востоке, - вспоминает Александр. - Тогда, ввиду возможных и даже очень вероятных полномасштабных военных действий, власти приняли решение о массовой мобилизации. Для этого необходимо было в срочном порядке существенно расширить штат военных комиссариатов. Я, как человек, прошедший срочную службу еще в девяностых, был мобилизован и устроен в военкомат по специальности, полученной в вузе - программист”.
Пока шла служба, события на Донбассе накалялись, в регионах были сформированы отряды теробороны.
“В такие времена приходить на работу обычным “айтишником” было как-то не очень интересно, - поясняет Александр. - Как законопослушный и патриотичный украинец, я тоже пожелал вступить в отряд теробороны”.
Извилистым оказался путь военнослужащего Александра Колганова в самые “горячие” годы - 2014-2015. Сначала подразделение старшины Колганова перебросили на участок, где действительно могло быть очень непросто: на Арабатскую Стрелку, под село Стрелковое.
“Тогда под Стрелковое вторглись российские военные, - рассказывает Колганов. - Очевидно, они ориентировались еще по картам 50-х годов, когда Стрелковое еще входило в состав тогдашней РСФСР, и поэтому посчитали, что и этот участок автоматически должен стать частью аннексированного Россией Крыма. Нашей задачей было предотвратить дальнейшее вторжение противника на территорию Херсонской области”.
Александр Колганов (справа) в окружении побратимов
Осуществить это задание было делом не из легких. Флаг РФ развевался буквально в нескольких десятках метров от позиций украинцев, “серая” зона с обеих сторон активно “прощупывалась” прожекторами, на вышках с “той” стороны стояли бдительные снайперы. Напряжение чувствовалось постоянно: ведь позиции простирались на сотни метров вширь, а за спинами бойцов было только три участковых милиционера до Геническа. К счастью, до активных боевых действий тогда, как известно, не дошло: россияне отступили...
После была охрана важнейшего стратегического объекта области - шлюза Каховской ГЭС, затем - усиленная подготовка на полигоне Широкий Лан.
“Мы вернулись охранять шлюз, а на Донбассе уже вовсю грохотали снаряды, стрекотали автоматы, гибли люди, - говорит Александр. - Тогда мы с ротным приняли решение: надо просить командование об отправке в зону АТО. Я написал что-то вроде черновика рапорта, и его приняли за основу для рапортов всех остальных бойцов”.
Подразделение Александра стояло на северо-востоке под Мариуполем, когда в этом направлении ожидался прорыв сепаратистов и российских войск. В боевые действия, помимо отдельных эксцессов, подразделение, будучи во “втором эшелоне”, не вступало. Тем не менее, близость войны ощущалась всегда…
“Весной 2015-го, уже после АТО, я вернулся в Херсон, - продолжает Александр. - Встал вопрос: как кормить семью? Он решился просто - так, как и до того еще решался: надо таксовать!”
Но, поскольку одной работы для содержания семьи было мало, наш герой совмещал ее с работой на Херсонской ТЭЦ.
Водителем такси Александр Колганов подрабатывал уже с 2009-го, при этом, опять-таки, совмещал это занятие с работой директором по персоналу в Херсонском филиале “Укртелекома”. В 2011 году по программе центра занятости Александр оформил себя в качестве физического лица-предпринимателя и принялся таксовать совершенно легально.
“В Украине сегодня 95%, если не больше, водителей такси работают в “тени”, - утверждает Александр. - Это является следствием своеобразного общественного договора. Ведь выручка таксиста, к примеру, в нашем Херсоне не так уж велика, как это кому-то, возможно, кажется. Десять тысяч гривень - это среднемесячный заработок, который колеблется в зависимости от сезона: почти полный “штиль” в феврале и пик в июле-августе. Между тем, таксисту необходимо уплатить как минимум 2 тысячи 100 гривень налога. При этом из выручки оплачиваются: заправка, связь, комиссия, ремонты, другие накладные расходы... В итоге получается, что данные граждане попросту “грачуют”, а вследствие того, что они ездят на “убитых” машинах, без необходимых для такси элементов, без разрешений, по “убитым” дорогам, то и качество сервиса оставляет желать много лучшего. С другой стороны, из-за всех этих сложных экономических перипетий тариф на поездки на самом деле минимум в полтора раза ниже, чем должен быть. Потому такая ситуация где-то и пассажиров устраивает”.
Избавиться от проблемы таксистов-нелегалов, по мнению Александра, могли бы только решительные действия властей: ведь все законные основания для наведения порядка в этой сфере теоретически уже существуют. Но, к сожалению, пока что нет либо воли, либо желания делать какие-то шаги в этом направлении. Отсутствие должного контроля ситуации и коррумпированные действия чиновников вынуждают людей уходить в “тень”.
“Таксист, работающий в “тени” и не платящий те самые 2,100 гривень налогов, по сути, не является полноценным участником экономического процесса. Из-за пребывания львиной доли таксистов в тени страдает местный бюджет, являющийся основой для финансирования местной инфраструктуры, социальных сервисов. В том числе из-за этого получается, что у наших пожилых людей такие мизерные пенсии, - резюмирует Колганов. - Он же, в числе прочих (включая представителей контролирующих органов и других чиновников, о которых говорилось выше), виноват в том, что у нас такие “раздолбанные” дороги: ведь у легального таксиста налог местный, который поступает в бюджет города и, следовательно, может улучшить инфраструктуру. Если сосчитать всех херсонских “грачей”, учесть, сколько они не доплачивают в бюджет, то получится по-настоящему впечатляющая сумма”.
Джерело – Вгору
