Украинский программист Александр Скакунов съездил в командировку в Данию и был очарован этой страной настолько, что решил переехать туда с женой и ребенком.
Его целью было открыть для себя новые горизонты, получить опыт жизни за границей и дать его своему сыну.
Четыре года он прожил на родине Андерсена, работал, растил детей, вел блог, в котором рассказывал о своих впечатлениях и открытиях. А затем вернулся в Украину.
"Обозреватель" расспросил Александра о плюсах и минусах датской жизни и о том, почему он все-таки решил вернуться.
Почему Дания?
В первый же приезд я обратил внимание на две поразительные вещи:
1. Беспилотное метро, то есть совсем без водителя. Автоматика.
2. Группу нарядных молодых людей, которые ехали на вечеринку. Девчонки были в шубках и на каблуках — и они все ехали на велосипедах!
Я понял, что это другой мир — по технологиям, по тому, как люди себя ведут и как относятся к другим. Я называю Данию страной здравого смысла.
В итоге мы с женой перебрались в Копенгаген.
Я работал руководителем отдела разработки в том же стартапе, что в Украине, только уже в датском офисе.
Через пару лет стартап затух, и так как я решил посвятить себя онлайн-образованию, то стал подыскивать компанию, где пересекаются IT и видео. Так я оказался на датском телевидении, на канале TV2.
Из 1050 сотрудников я долгое время был единственным иностранцем в штате. Сейчас ко мне присоединился мой товарищ из Киева. Ещё один украинец доставляет почту, и когда мы болтаем у кофе-машины, мои коллеги всегда спрашивают, на каком это языке мы говорим (посреди засилья датской речи мы смотримся экзотично).
Об адаптации и отношении датчан к приезжим
Так как мы с женой сразу решили, что вернёмся в Украину, то в изучение датского языка сильно не вкладывались — курсы хоть и бесплатные, но "пахать" надо. А тут все говорят по-английски, вот прямо все.
Но потом оказалось, что без датского языка ты всегда не свой. И ещё надо отметить, что до Майдана европейцы плохо представляли, где такая страна -- "Украина", и этим немного осложнялась адаптация. Майдан сделал хороший PR и media-coverage нашей стране.
Раньше диалог в баре выглядел так:
— Ты откуда?
— Из Украины.
— А где это?
— Ну это… Между Польшей и Россией.
— (неуверенно) А-а…
А вот сразу после Майдана это выглядело так:
— Ты откуда?
— Из Украины.
— Чувак!! С меня выпивка!!
— (мой коллега из Чехии) О, тогда я тоже из Украины!!
И ещё адаптация осложняется тем, что датчане как нация ведут себя взрослее, чем мы. Мы, украинцы, ещё рисуемся друг перед другом — условно говоря, покупаем айфоны и автомобили в кредит, чтобы выглядить богаче, а потом нет денег на звонки и бензин.
У нас ничего не значащие дипломы. Мы не учим английский. Мы всё ещё каждый сам за себя. Мы ментально ещё не пережили времена дефицита, а датчане его и не знали.
Они ходят в простых джинсах, ездят на велосипедах, девчонки могут ходить в рваных колготах с колтуном грязных волос — но при этом они объездили полмира, в среднем говорят на 2-3 языках и чувствуют себя одной большой семьёй.
Несмотря на трудности начального периода, через пару лет приживаешься, и если находишь хороший круг общения, то менять ситуацию уже не хочется. Люди здесь очень коммуникабельные, комфорт полный, в каждом дворе стоит барбекюшница. Здесь хорошо.
Жилье
В Дании квартиры улетают за час, и на них реально очередь. При этом цена не связана с тем, далеко ли от центра квартира, до метро 5 минут или 15. Мне кажется, это потому, что здесь богатство распределено равномерно. Везде есть вело-дорожки, парки, скамейки; чисто. Единственное, что, на мой взгляд, может сильно влиять на цену, это вид на море. Что ещё интересно, фашисты не бомбили Данию, поэтому новостройки котируются наравне с домами конца XIX века.
Все варианты квартир, которые мы смотрели, были около 8000 крон в месяц ($1380) — но это были или небольшие двушки, или далеко, или совсем не феншуй. Свежеотремонтированную квартиру размером с украинскую трёшку в Амагере (хороший прибрежный район) мы сняли не торгуясь за 10 000 крон ($1700).
Амагер (по-датски просто "Ама") всегда привлекал меня близостью моря и современной датской архитектурой.
Образование
Моему сыну было 6 лет, когда мы переехали, и за год он выучил датский в специальной подготовительной школе. Честно признаться, был момент в самом начале, когда мы думали, не отдать ли его в российскую школу. Украинских тут пока нет, а происходило все до Майдана и захвата Крыма Россией, и прилагательное "российский" не вызывало ещё такого негатива. Но нам дали понять, что мест нет, они забронированы для детей работников "Аэрофлота" и дипломатов.
Ну и ладно, подумали мы, погружение так погружение, какой смысл переезжать за границу и создавать своё гетто? Надо перенимать датский опыт. Мы определили сына в датскую школу по месту жительства. Но сначала он должен был отучиться в подготовительном классе, где обучение проиходит в основном в форме игры.
Там было много детей из разных стран, от Индии и Сомали до Японии и США. Сын оценивает ту школу на 10 из 10 баллов.
В школу и из школы сын ездил на такси за счёт датской коммуны (смесь ЖЭКа с райисполкомом, который решает такие вопросы). Такси здесь очень дорогое удовольствие, поэтому мы были приятно шокированы. Подчеркну, что это не обычная районная школа, а специальная подготовительная для иностранных детей.
В основную школу сына перевели позже других детей, хотя он уже очень хорошо поднаторел в датском языке и математике. Причина — недостаточная общительность: он предпочитал играть один, и мудрые датчане видели в этом гораздо большую проблему, чем если бы он не знал основ арифметики.
К нему приставили двух психологов, которые, не вмешиваясь в игры, наблюдали за его поведением. Потом нас пригласили к директору, где нас ждали психологи и аккредитованный украинский переводчик. Нам посоветовали, как настроить домашний климат таким образом, чтобы наш мальчик больше вовлекался в общение с другими детьми. Консультация тоже была бесплатной.
Общеобразовательная школа тут совершенно не похожа на украинскую. Например, по средам дети ходят на прогулки — то в океанариум, то в лес, пережигать древесный уголь с лесником.
Медицинское обслуживание
Наша дочка родилась уже в Дании. Долго думали, как её назвать. Я решил выбрать имя диснеевской принцессы. Мы сразу вычеркнули Покахонтас и Мулан. В шорт-листе остались Ариэль и Жасмин. Но тёща авторитетно заявила: "Ариель — это стиральный порошок!". Так что мы назвали дочку Жасмин.
Между прочим, в Дании существует список разрешённых детских имён. Нельзя, например, назвать ребёнка Monkey ("обезьянка"), Facebook, и т.д.
В роддоме нашей дочке выдали код налогоплательщика (аналог ИНН) через 10 минут после рождения, причём это сделала врач, которая принимала роды — просто нажала пару кнопок. Резолюцию по родам она написала разборчиво, поставила смайлик, а так как мы ещё не придумали имя, дочку записали как "девочка Любви" (мою жену зовут Любовь).
Я снял видео про госпиталь Дании, можете посмотреть, как всё отличается от наших поликлиник
Датская медицина условно делится на 2 уровня — Передний Фронт и Настоящая Медицина.
Задача Переднего Фронта — не допустить к Настоящей Медицине, так что если у вас не критическое состояние (например, у ребёнка температура меньше 40), вам скажут пить чай и отлёживаться, чтобы организм боролся сам.
Зато Настоящая Медицина — это передовой край науки и техники. И вся новейшая аппаратура и специалисты будут вам помогать. Например, компания Novo Nordisk — лидер производства инсулина в мире.
Так что мы шутим, что тут выгоднее болеть раком, чем простудой.
У нас "здоровье" — это отсутствие болезни, с которой мы боремся с помощью таблеток. У датчан "здоровье" — это запас прочности организма, который они всеми способами стараются повысить. Так что тут нет аптек, как у нас, на каждом шагу.
Ну и спорт, очень много спорта. Люди бегают в любую погоду, круглый год, по одному, группами и с детскими колясками — пока до дому доедешь с работы, 5-6 человек встретишь.
Поэтому, например, наши люди после 40 лет быстро "дрябнут", а датские тётки и в 60 лет выглядят отлично, их можно даже в ночном клубе встретить. В Дании средняя продолжительность жизни — 80 лет.
Со стоматологией немного сложнее. Выгоднее слетать в Киев вылечить все зубы, чем ставить в Копенгагене одну пломбу. В Дании всё либо бесплатно, либо очень дорого. Стоматология детям бесплатно, а родителям — очень дорого.
Дороги и машины
Копенгаген — это город велосипедов. С утра есть небольшие пробки — велосипедные. Для этого вида транспорта есть вся инфраструктура: выделенные дорожки в каждую сторону, часто отдельные светофоры, водители машин натренированы и ездят очень аккуратно.
Велосипеды — разнообразные, хоть с люлькой для детей, хоть с коляской для взрослого. Если твой путь на работу и обратно составляет больше 20 км (а датская система знает, и где ты живёшь, и где ты работаешь), то тебе дадут налоговую льготу.
Что касается машин, то они очень дороги — из-за налогов реальная цена увеличивается в 2 раза. И я почти не вижу тут джипов. Зато богатые датчане покупают действительно красивые дорогие авто.
Досуг
Мы проводили свободное время разнообразнее, чем в Украине. По вечерам какие-то занятия для детей, на выходные договорились поехать в лес с друзьями, а следующие на две недели улетели в Париж.
Это из Украины Лазурные берега кажутся далёкими. Тут, в Европе, иной раз можно слетать в Италию по цене шарфа.
Летом можно и в Копенгагене на пляж сходить — главное, не пропустить эти два дня (тут нужен смайлик). Мне там остро не хватало солнца, лета. Датчане при любой возможности ловят каждый луч.
Еда и цены
Одного характерного для Дании национального блюда не существует. Даже если взять простой бургер и попробовать его в нескольких разных местах, это будет несколько разных бургеров, и все будут вкусными.
Дания экспортирует свинину, так что здесь много знакомых нам блюд — и сало/бекон, и шкварки в виде длинных палочек. Супы, как правило, здесь не едят — это уже изыск.
В районе Мясников (Kødbyen) датчане переделали старые мясные лавки под рестораны, и там, например, можно попробовать мясо, запекавшееся 16 часов. Это непередаваемо вкусно, я всех гостей-украинцев туда вожу. Удовольствие недешевое, но, во-первых, оно стоит своих денег, во-вторых, мясники дают попробовать каждый понравившийся вид мяса. Пока всё попробуешь, уже, считай, наелся.
Дания – очень дорогая страна. Если в Украине мы откладывали приличные суммы, то в Дании стали жить от зарплаты до зарплаты — налоги высоченные, цены тоже. Как вам мужская стрижка за $30?
Пиво в супермаркете стоит 8-10 крон ($1,5), в баре — 50-70 ($9)
Мы искали репетитора фортепьяно для сына. Одно занятие — $15-40. И был вариант заниматься в Королевской Консерватории на рояле Steinway стоимостью 1 млн крон ($150 тысяч), потому что там все рояли такие.
Самые обычные, привычные услуги стоят безумных денег: такси, суши, пиво в баре, кондитерка. Опять же потому, что "такси" здесь — новенькие мерседесы, "пиво в баре" — датский "Карлсберг" (который отличается от украинского в лучшую сторону), "кондитерка" тоже такая, после которой моё любимое пирожное эклер (которое в Киеве называют "тiстечко заварне") кажется сухим батоном. Но всё это весьма ощутимо бьёт по карману.
О возвращении
Мы изначально хотели вернуться, знали, что быть вечными иммигрантами — это не для нас.
Мы с женой из Севастополя, но последние 6 лет перед отъездом жили в Киеве и, конечно, не собирались возвращаться в оккупированный Крым. Но и в Киев тоже не хотелось. После Дании я понял, что Киев хоть и хорош, но не для меня. Например, в Копенгагене почти нет многоэтажек — датские студенты-архитекторы сказали мне, что это сделано осознанно, чтобы человек мог соотнести себя с людьми в окнах — вон те ребята готовят ужин, а те смотрят телевизор, возникает чувство "я человек среди людей". В Киеве — чувство "я муравей среди муравьёв".
И всё ещё мало духа единства, мало вежливости — каждый грубоватый таксист или тётя в метро со стеклянным взглядом отъедают у тебя кусочек творческой энергии, так что вечером тебе уже ничего не хочется.
А вот Львов пленил меня сразу. Он разный. Он не огромный. Здесь много музыки, много молодёжи и какой-то умиротворённой радости. Когда сидишь в ресторанчике, его интерьер и вид на брусчатку из окна создаёт 100% копенгагенское ощущение, только вокруг украинская речь. Так что я в шутку называю Львов — "Львовенгаген". Конечно, во Львове тоже есть "совок". Но по сумме признаков мне здесь комфортно и хочется работать. Мне это важно.
Сын переживает, что украинская школа будет более требовательна в плане точных наук. Но я инженер, давно с ним занимаюсь, и в итоге мы обнаружили, что он знает, что такое "аэродинамика", но понятия не имеет, что такое "тетрадка". Ничего, прорвёмся.
Не без гордости хочу отметить, что Львов как место для нашей семьи я вывел математически. Взял данные с карты преступности в Украине и соотнёс эти цифры с зарплатами программистов по городам.
В Западной Украине самая низкая преступность, при этом Львов - второй после Киева по размеру зарплаты айтишников. И вишенкой на торте — есть аэропорт, и очень близко Европа.
В Украине мне хочется использовать свое новое мировоззрение, новый mindset. Я занимаюсь онлайн-курсами для программистов, и со временем хочу сделать это международным проектом.
Как создать Данию в Украине?
С одной стороны, Украина отстаёт от Скандинавии на несколько параграфов учебника истории. У нас в Киеве метро всё ещё показывает время после ухода поезда (а не до прибытия), тогда как в Копенгагене метро полностью автоматическое, без водителя.
Мы всё ещё торгуем рудой, а они уже вовсю развивают компьютерную науку и нанотехнологии. Это сильно влияет на экономику, на социалку, на то, как люди себя ведут, как принимают решения. Финансовые пирамиды типа "МММ" тут так легко не пройдут, и заряжать воду от телевизора датчане не станут.
Нам нужно понять многие вещи про самих себя. Мы должны объединяться – для начала хотя бы с соседями по дому, чтобы отстаивать свои интересы сообща. И почему мы, например, уступаем дорогу кортежам депутатов, но не спрашиваем с них о результатах работы парламента?
И еще: мы так привыкли ходить по разбитым улицам и разрисованным подъездам, что уже не помним, как может быть по-другому.
Студенческий городок Тиетген в Копенгагене. Фото: сайт Tietgen Kollegiet
Я программист, и после прогулки по шикарным улицам Копенгагена, я на своем рабочем месте просто физически не могу работать плохо. Мы даже не понимаем, как сильно на нас влияет эффект разбитых окон.
Можете прикинуть потери только в туризме от того, что у нас все дома и города похожи один на другой (вспомните сюжет "С лёгким паром" — человек ошибся городом, но та же улица, тот же дом, тот же ключ).
Мы должны растить в себе красоту – это финансово окупается!
Джерело – Вгору
