Фёдор Фёдорович Ушаков – флотоводец, которого в 2004 году Русская православная церковь возвела в ранг святых. Ушаков старше Джона Поля Джонса всего на два года – он родился 13 февраля 1745 года в Ярославской области в небогатой семье отставного сержанта лейб-гвардии Преображенского полка. В 16 лет он поступил в Морской кадетский корпус в Санкт-Петербурге – элитное учебное заведение, где обучалось всего 360 человек. Фильм «Гардемарины – вперёд!» помните? Это как раз об этом учебном заведении, только двумя десятилетиями раньше.После окончания в 1766 году вся жизнь Ушакова была связана с Российским императорским флотом. Десять лет Ушаков служил на разных должностях на кораблях Балтийского флота, прежде чем был назначен капитаном своего первого корабля. Это был фрегат «Святой Павел», который нёс службу в Средиземном море.
В конце 17 века Екатериной II было принято стратегическое решение вернуть России выход к Чёрному морю. Для этого в 1778 году на базе военного укрепления Александр-Шанц был основан город Херсон и развернуто строительство кораблей для создаваемого Черноморского флота.
В августе 1783 г. в Херсон прибыл капитан 2-го ранга Федор Ушаков вместе с 700 матросами и 3 тысячами первых херсонских корабелов. К тому времени уже готовили спуск на воду первого херсонского корабля «Слава Екатерины». Ушаков возглавил строительство следующего корабля - 66-пушечного линкора «Святой Павел». В 1785 году корабль был спущен на воду и Фёдор Ушаков ушел на нём в главную базу Черноморского флота в Севастополь.
Джон Поль Джонс никаких учебных заведений не заканчивал. В Великобритании тогда обучение флотскому делу происходило примитивным образом – брали юнгу на судно и там по ходу всему обучали. Так и Джонс попал на британский торговый флот и ходил в море на разных судах, перевозивших товары и рабов. Постепенно он поднимался по служебной лестнице и стал капитаном всего в 21 год в общем-то случайно: во время рейса капитан и первый помощник неожиданно скончались от желтой лихорадки.
Во время своего второго рейса в 1770 году (в 23 года!) он выпорол одного из своих матросов так, что тот скончался через несколько недель. По прибытию в порт Джонс был арестован, но впоследствии отпущен под залог.
В шотландский торговый флот путь ему был закрыт, но его взяли капитаном 22-пушечного британского военного корабля. Однажды его подчиненный по фамилии Блэктон слишком настойчиво требовал повышения жалованья и тогда Джонс попросту заколол его шпагой. Избегая военного трибунала, он сбежал в США.
Американцы остро нуждались в специалистах по мореплаванию и Джона Поля Джонса взяли, несмотря на то, что к своим 28 годам он был уже двойным убийцей. Впрочем, на военные корабли Джонс особо не зарился, зато охотно нападал и грабил британские торговые суда, за что на своей бывшей родине получил статус пирата. В конце концов и американцы отказались от его услуг. Как раз когда в Херсоне Федор Ушаков проверял мачты и шпангоуты на «Святом Павле», Джонс сидел без работы и думал к кому бы подрядиться ещё.
Целых пять лет он болтался без дела, пока не нашел нового работодателя в лице Екатерины II. Императрица не побоялась взять безбашенного, как сейчас говорят, американца. Она возлагала на него большие надежды и по слухам, даже заявила «он добудет мне Константинополь». Так в 1788 году английский пират Джон Поль Джонс стал офицером Российского императорского флота Павлом Джонзом, сохранив при этом американское гражданство и воинское звание.
Ему доверили комановать эскадрой в составе 3 линейных кораблей и 5 фрегатов. На борту 24-пушечного корабля «Владимир» эскадра контр-адмирал Павла Джонза совместно с Днепровской гребной флотилией француза Нассау-Зигена приняла участие в битве под Очаковом 17-18 июня 1788 года. В этот период и произошло мифическое посвящение Джонза в казаки.
Впрочем, на Черноморском флоте Джон Поль Джонс пробыл недолго. У него произошел конфликт с Нассау-Зигеном, Потемкин стал на сторону француза, с которым был в приятельских отношениях. Американца отправили в Санкт-Петербург. В столице флотские офицеры его сторонились, поскольку он был замечен в гомосексуализме. А в апреле 1789 года Джонс был арестован по обвинению в изнасиловании 12-летней Катерины Гольцварт.
По утверждению друга Джонса, французского представителя при российском суде Кон де Сегура, девочка не была изнасилована, а сексуальная связь между ними была по взаимному согласию за материальное вознаграждение. Это же подтвердил и сам Джонс, сообщив суду, что он «баловался» с девочкой «за небольшое денежное вознаграждение». Сейчас ему бы грозил срок за педофилию, но тогда дело спустили на тормозах.
В июле этого же года Джон Поль Джонс едет в Польшу, где встречается с известным участником Американской революции Тадеушом Костюшко. Тот советует американцу бросать службу в «варварской России» и попроситься на службу к шведам. Тот так и делает, но несмотря на содействие Костюшко, шведское правительство от услуг Джонса отказывается.
В 1790 году контракт Джонса с Российским флотом закончился и продлевать его российская сторона отказалась. Американец переезжает в Париж, где и остается жить безработным до конца жизни - ещё всего два года. Несколько раз он пытается вновь завербоваться на российский флот, но получает отказы. В 1792 году, в возрасте 45 лет, он умер в своей парижской квартире от заболевания почек.
Гораздо более масштабное сражение, чем под Очаковом, произошло месяц спустя возле острова Змеиный. Там сошлись 15 турецких линкоров и восемь фрегатов против двух российских линкоров и десяти фрегатов. Эта битва вошла в историю как «Бой у острова Фидониси» и закончилась полной победой российского флота. Командовал эскадрой Иван Войнович, а Фёдор Ушаков – авангардом эскадры на линкоре «Святой Павел».
8 июля 1790 года, когда отверженный всеми Джон Пол Джонс только обустраивается в своей парижской квартирке, Федор Ушаков проводит Керченское морское сражение. Турецкая эскадра в составе 10 линкоров и 8 фрегатов идет из Турции с десантом для высадки в Крыму. В районе Керчи её встречает российская эскадра под командованием Ушакова в составе 10 линкоров и 6 фрегатов.
Турецкий флот имеет полное превосходство: наветренное положение, преимущество как в кораблях, так и в количестве орудий (1100 против 836). Поэтому он с хода атакует Ушакова, но тому удается переломить ситуацию: турецкий флот смог спастись только бегством к своим берегам.
Моральное превосходство российского флота было настолько значительным, что когда месяц спустя турецкий флот неожиданно натолкнулся на российский в районе современной Одессы, то несмотря на почти двукратное преимущество по орудиям и трехкратное – по кораблям, турки посмешили удрать от Ушакова. Но он их все равно нагнал и разбил на голову. Это сражение вошло в историю флота как битва у мыса Тендра.
А в июле следующего года произошло сражение у мыса Калиакрия, в котором турки опять имели двукратное преимущество в орудиях «1800 против 980», но снова были разбиты российскими моряками под командованием Федора Ушакова.
В 1793 году, когда Джона Поля Джонса уже не было на этом свете, Фёдор Ушаков был произведён в вице-адмиралы.
После окончания турецкой кампании, уже при императоре Павле I, Ушаков командует российскими военно-морскими силами в Средиземном море. В течение двух лет он проявляет себя не только как гениальный флотоводец, но и как искусный политик и дипломат. Как представитель России в средиземноморском регионе, он совместно с британскими моряками под руководством адмирала Нельсона участвует в освобождении от французов Италии, создании греческой Республики Семи Островов.
В 1799 году Фёдор Ушаков произведён в адмиралы. В 1800 году эскадра Ушакова вернулась в Севастополь.
У следующего императора Александра I великий флотоводец впал в опалу. Сначала он был назначен на унизительную должность главного командира Балтийского гребного флота, а в 1807 году и вовсе отправлен в отставку.
Последние восемь лет своей жизни Федор Ушаков провел в небольшой деревне Алексеевка (ныне Республика Мордовия). Он посвятил себя молитве и благотворительной деятельности. Часто по неделе жил в расположенном неподалёку Санаксарском монастыре, выстаивая службы вместе с монахами. Несмотря на то, что был весьма состоятельным человеком, вел жизнь крайне скромную, при этом значительные средства жертвуя церкви.
Иеромонах Нафанаил так описал последние годы жизни флотоводца в письме архиепископу Тамбовскому Афанасию:
Препровождал остатки дней своих крайне воздержанно и окончил жизнь свою, как следует истинному христианину и верному сыну святой церкви.
Анатолий Семеновский, Херсон News